Искусный бармен, январь, налей мне грогу, пунша, завари глинтвейн. Перебери названия по алфавиту, добавь палочку ванильной корицы, гвоздику и анис. Щепочку мускатного ореха. Ломтики апельсина и перезрелых яблок. Попробуй придирчиво, вспомни про имбирь. Подлей вино, сощурься от света тусклой лампочки. И неторопливо начинай разливать по кружкам, рассказывая историю о настоящей любви.

— Какой чай ты будешь? — У тебя их много? — У нас есть черничный, малиновый, с женьшенем, с травами, зеленый, зеленый с лимоном, зеленый с лимоном и медом,"больная печень", имбирь и мед, имбирь без меда, ваниль с миндалем, «белый трюфель», черника с ромашкой, ваниль и орехи, на сон грядущий и... Эрл Грей. — На ходу придумала?

Он сварил кофе, чтобы бессонница имела естественное объяснение.

Грусть аккуратно улеглась шалью на плечи, воздух пахнет кленовым сиропом, и так меланхолично нежно щекочет ушки тишина.