В ТРУДАХ И БОРЕНИЯХ Не лучше ли всё в жизни опыте на собственном стремиться испытать, Как можно больше перечувствовать, воочию увидеть? – Её, текущей ли среди пустыни знойной, в африканских джунглях или Антарктиде, Перед экраном телевизора усевшись поудобней, не познать. Не будет ли куда честнее самому уже отчаянным тореадором стать, Чем в роли зрителя присутствовать, зевая безучастно, на корриде... В конце концов чтобы от скуки век отпущенный свой не возненавидеть, Его в трудах, его в борениях пристало проживать. КАК ЧИСТЫЙ ЛИСТ Спеша без устали вперёд, жизнь претворяет опыт свой В страницы явленные ярких небывалых достижений, После подчас безмерно долгой череды преодолений В награду нам за то даруя кратковременный покой... Но уже вскоре, вслед за зыбкой наступившей тишиной, Вместе с волнующим порывом первых ветра дуновений Отчётливо нам властный слышится зов будущих свершений – И вновь как будто тот же белый чистый лист перед тобой! ЗАБОТОЮ И ЛАСКОЙ Не криводушным кумовством, не показным кричащим блеском, Не барской щедростью изнеженной руки – К себе отеческой заботою и лаской привлеки Сердца, как той же миловидной красотой, как аргументом самым веским; Не тем велеречивым, большей частью бесполезным, треском – Но безыскусственностью речи, у реки, У ветра взятой ли… – рассеивая облака тоски Большие, хмурые, собравшиеся над унылым поприщем житейским!
— Владимир Лучит