МЕРОЙ СЕРДЦА Иль позволительно поверхностно и свысока взирать на полный таинств божий мир Иль исподлобья хмуро, лишь расчётливо и равнодушно, Плыть по теченью ль жизни, повинуясь оному послушно, Как на круизном теплоходе безучастный к его радостям и бедам пассажир?.. Но и, напротив, никогда чтобы в ногах не ощущать как будто бы пудовых гирь, В усталости, чтоб рассмотреть суметь и вправду не со стороны наружной, – Измерить всю (одной лишь правильною!) мерой сердца нужно Его – земную и надземную – поистине Космическую ширь. ТРУДЫ ДУХА Иль не затем, чтоб лучше мудрый Божий Замысел увидеть и понять, Поочерёдно обходя круги Великого Творенья; В который раз плоды обильные, уроки воплощенья В копилку опыта бесценного, усвоив их, старательно собрать; Между собою чтобы снова с Небом Землю обручить и повенчать, Доадамической цепи скрепив разорванные звенья… – Иль не затем от горних нив дух сходит в бренные владенья, Чтобы из праха вновь, подобно разве Фениксу бессмертному, восстать! ВЕЧНО ТА ЖЕ Ткань аурическая духа – вечно та же: Воистину неизъяснима и чудна! – И, облекая, проникает всех Она Нас, будучи не ощущаемою даже. В Ней, словно в освящённой драгоценной чаше – Субстанция богопричастного вина, Вся наша собственная жизнь заключена И, не иначе, кроется бессмертье наше!