Этот шум заполнил уши Гленнона, и снова поднял вопрос: «Кем он должен быть теперь?» Счастливым Гленноном или Гленноном, старающимся угодить папе, Гленноном, умеющим перестать плакать, когда на него кричат, потому что если плакать, когда на тебя кричат, кричать будут только сильнее?

Гленнон старался дышать глубоко и медленно, вспоминая, как папа говорил: «Твои лёгкие прекрасно работают. Прекрати задыхаться».

— Джулианна Брандт

Я улыбаюсь, когда мне хочется кричать... Пою, когда хочется плакать... Плачу, когда счастлива и смеюсь когда больно.

Страх охватил Гленнона. Это был совсем не тот страх, который появлялся, когда папа кричал на него. Этот страх поселился в его груди и сжимал сердце. От этого страха было больно.

— Джулианна Брандт

ходишь целый день улыбаешься, смеешься, кажешься счастливой, а приходишь домой и хочется биться головой об стенку, кричать во все горло и плакать плакать плакать...