Восточный человек никогда не скажет напрямую то, что думает; «да» может означать у него «нет», а «нет» может означать «да» – чтобы каждый мог сохранить лицо. В многонациональных государствах Востока всегда уживаются несколько правд, мирское и духовное перетекают одно в другое – парадокс, который европеец пытается разгадать, тогда как восточный человек просто принимает его как данность.

Нет ни одного человека, который разгадал все тайны мироздания. Есть череда мудрецов, которая продолжается уже несколько столетий, чтобы разгадать ее.

Почитание женщин уживается во мне со страхом перед ними и неспособностью их разгадать.

Мирской человек бежит за миром, духовный человек бежит от мира, пробуждённый — наслаждается миром.

«Государство должно признать в человеке явные и скрытые смыслы духовной жизни, напрямую влияющие на обыденную жизнь. Важно понимать, что словесного признания духовного мира недостаточно: необходимо опираться на Святоотеческий опыт духовной жизни. Оставляя духовно-нравственному человеку, у которого жива совесть, свободу выбора и личную ответственность. Только в свободной душе может говорить совесть! А если душа находится в идеологическом рабстве? Голос совести замолкает и становится глухим. Вот оно: состояние страха, тоски, тревоги и неудовлетворённости. Только от того, что человек отверг свой голос совести. Что с душой? Её терзает, мучает, она страдает»