Жизнь, как счастье, не поддаётся экспертизам. А счастье мы можем обрести, только когда поймём самих себя. И тогда нам явится единственная, неповторимая и дающая нам удовлетворение истина.

Лишь после того как мы искусно овладеем всем тем, что блестяще использует враг, мы сможем говорить о победе над ним.

Моменты счастья могут быть счастьем, лишь тогда, когда есть с кем мы можем его разделить.

Как редко — после того как ушло детство — удается ощутить абсолютное, ничем не замутненное счастье.