Самая большая неприятность — это твое отношение к жизни. И как же им не быть, неприятностям-то, если смертный грех полонил твою юную жизнь, а ты думаешь, что подумают о тебе люди, но не помышляешь, как Господу смотреть на твои безобразия.

I got a heart full of trouble, a house full of sin. And things are bad as they ever been. If trouble were money, I'd have more money than any man should.

— Ты — мой самый большой грех, — сказал святой отец. — Я подвёл Господа, и потерпел неудачу, в испытании посланном Им, посмев желать тебя. Посмев влюбится в тебя. — Думаешь, Господь настолько жесток, что умирая за нас, он хотел, чтоб мы не познали любви? , — спросила девушка — вампир. — Он завещал любить ближнего своего. У меня нет... больше никого нет... никого ближе тебя. И если любить тебя — грех, если твоя душа томится под его тяжестью, я разделю его с тобой. Ведь он и мой тоже. А я твоя. Твоя навсегда.

Что, если жизнь — это всего лишь смертный грех?

В смертный час люди успевают подумать о самых разных вещах.