Некто в черепаховых очках и немеркнущем галстуке взбирается на эстраду и принимается горячо, безапелляционно доказывать, что «Маяковский уже труп и ждать от него в поэзии нечего». Зал возмущен. Оратор, не смущаясь, продолжает умерщвлять Маяковского. – Вот странно, – задумчиво говорит вдруг Маяковский, – труп я, а смердит он.
— Надежда Реформатская
