— Почему вы за меня переживаете? Думаете, вы меня знаете, потому что прочли мои книги? — Нет, я знаю боль. Иногда её можно терпеть, а иногда она невыносима. И в такие дни либо находятся причины жить дальше, либо нет. — Я… у меня причины кончились. — Сейчас да. Но когда боли не будет, вам захочется и жить, и творить.

Значит, я и сейчас похожа на тебя, просто ты держишь это всё в себе, а я нет. Хотя я так обычно не делаю. Просто я хочу говорить с тобой и мне нечего написать, кроме того, что я думаю. Это ужасно. Я как будто подкидываю кусочки своего внутреннего мира под закрытую дверь.

— Капитан... простите... мы думали, что вы умерли. — Так и было. Но сейчас мне лучше.

— Теперь мне надо на что-то отвлечься. Ну, здравствуй, «что-то». — Послушай, если с виду кажется, что у меня нет самоуважения, я проясню этот факт: руки прочь. Лучше сидеть дома одному, в темноте, чем быть с тобой. — Дерзкий. Мне нравится.