Без памяти нет совести.

Народ, потерявший историческую память, потерял себя. Когда совесть нации все-таки заставит его преклонить колени перед памятью мучеников и героев и сплотиться в противостоянии врагу. Может уже быть слишком поздно.

Если к совести присоединяется гениальность, а к гениальности мужество, то слово обретает огромную власть над людьми.

Человек – престранное создание. Порой в памяти с потрясающей яркостью сохраняется какой-нибудь очень далекий и совершенно незначительный эпизод.