Не давай людям себя коснуться, Жизнь — это волчья тропа. И х*р мы накопим на цукаты из папайи, Да, дождь накрапывает, Но капли сохнут прямо в полёте. Я умею разбивать самолёт...
Не давай людям себя коснуться, Жизнь — это волчья тропа. И х*р мы накопим на цукаты из папайи, Да, дождь накрапывает, Но капли сохнут прямо в полёте. Я умею разбивать самолёт...
Меня всегда интересовали капли. Ведь это же интересно, как они падают, спотыкаясь, ломая ноги, забывая парашюты, когда вываливаются из туч и несутся к неизвестному финалу. Словно кто-то вытряхивает над землей карманы, не заботясь, куда попадет содержимое, не думая, что капли разбиваются, ударившись о землю, оставляя мокрые кляксы на асфальте, и что люди проклинают дни, когда дождевые капли осмеливаются постучаться к ним в дом. Я дождевая капля.