Может быть, это и есть моя жизнь, и вместо того, чтобы длиться семьдесят лет, она будет длиться только сорок восемь часов или семьдесят часов, вернее, семьдесят два. Трое суток по двадцать четыре часа — это как раз и будет семьдесят два часа. Вероятно, за семьдесят часов можно прожить такую же полную жизнь, как и за семьдесят лет; если только жил полной жизнью раньше, до того, как эти семьдесят часов начались, и если уже достиг известного возраста.

Несколько лет назад меня осенило: все люди, достигнув определённого возраста, начинают мечтать о бегстве из жизни.

Можно двадцать лет провести рядом с мужчиной, считать его открытой, прочитанной книгой, а потом попасть с ним в экстремальную ситуацию и выяснить: ба, да он совсем другой. А можно через час после знакомства обменяться кольцами и прожить семьдесят лет душа в душу.

Я уже в том возрасте, когда можно начать говорить «Я уже не в том возрасте».