Сжигать стихи — не акт геройства, а привычка поэта не цепляться за край обрыва. Потому что тишина имеет такое свойство: она убедительней любого земного мотива.
Сжигать стихи — не акт геройства, а привычка поэта не цепляться за край обрыва. Потому что тишина имеет такое свойство: она убедительней любого земного мотива.
Mind led body to the edge of the precipice. They stared in desire at the naked abyss. If you love me, said mind, take that step into silence. If you love me, said body, turn and exist.