Один великий киевлянин, был к украинству не гуманен, Его талант был многогранен, так что со вкусом костерил, И гетманов и атаманов, на поводке у польских панов, Чубатых крикунов с майданов и прочих западенских рыл. И дупы он спалил похоже, режиму клоуна-наркоши, И тот, просроченная рожа, в писателе нашёл врага, А ведь читал, конечно, в школе, но нынче, в этом диком поле*, Он исполнитель, панской воли, своя лишь шкура дорога. И где был гений не желанный, сортир поставят деревянный, Вот так вот Зеля окоянный, хоть памятнику отомстит, Сто лет назад писал Булгаков, а хуторок то одинаков, Не дух, «душок недо-поляков», безумной вырусью смердит...