Ох, Папочка мертв, и он больше не вырастит цветов!... Но ты всё ещё можешь собрать это и поджечь. Почувствуй себя тепло, когда твой отец будет гореть!

Думаешь, ты бы не страдал на выбранном тобой пути? Страдал бы больше, чем можешь себе представить. Ты не единственный, кто будет страдать и «почувствует красоту цветов, возложенных к пустоте, которую невозможно заполнить», если не останешься здесь.

Как сладко звучит слово «Папочка». Хочется прикусывать соблазнительно губу, и показывать все свои скрытые умения угождения этому самому папочке, и как строго звучит слово «отец». Те самые две крайности, которые держат чаши весов на своих плечах. Папочка нежно гладит по ягодицам, и игриво шлепает по ним, когда непослушная девочка только что подмигнула симпатичному юнцу. Отец строго бьет ремнем и это уже не игра. Папочка позволяет своей малышке шалость. Отец разочаровывается от ошибок. Папочка крутой, и дает свободу мотыльку, а отец крепко держит оковы твоей свободы. Папочка – страстный любовник с золотыми руками. Отец – прародитель тебя. Но все пташки забывают об одном: у каждого папочки есть своя МА, которая покруче тебя кусает губу, и ублажает папочку. Именно поэтому в его жизни она Ма.

— Но, ведь я больше не зелёный ниндзя. — Не цвет твоего кимоно сделал тебя тем кто ты есть, а цвет твоего, сердца. Не сдавайся! — Хорошо, отец!

Если я больше не услышу твой голос или не почувствую, что ты рядом, мне незачем будет жить.