— Не спрашивай о Дивизионе. Я не могу ответить на этот вопрос. — Ещё как можешь. — Ты должен. Ты единственный оперативник Дивизиона, который попался живым. Единственный, кто может... Извини, что это на экране? — Эвакуация рас. Вселенский сценарий. — Да! Спасибо! Нет, что? Стой.

Не могу ответить на этот вопрос, потому что у меня нет сложившегося мнения о жизни после смерти. Полагаю, я все выясню, когда доберусь туда, и меня это вполне устраивает.

Вы можете спросить меня: «Откуда мне знать, что прекрасно, а что уродливо, и каким образом действовать?», и я скажу: на этот вопрос вы должны ответить сами.

Я прожила ещё один день. Мне пришлось сказать: «Я в порядке, спасибо!» 37 раз. И ни разу это не было правдой, но никто не заметил. Когда кто-то спрашивает «Как дела?», он не хочет знать ответ.