Чтобы слово прозвучало, должна быть тишина. До слова и после него.

Вы так невинны, что можете сказать совершенно страшные вещи.

После первого стакана видишь вещи в розовом, после второго — в искажённом, а потом уже — в истинном свете, и это — самое страшное, что может быть.

После того как уже нельзя сказать «я люблю тебя» все остальные слова не имеют особого смысла.