Может быть, я никогда не буду счастлив, может быть, война разбила эту возможность и я всюду буду немного посторонним и нигде не почувствую себя дома. Но никогда, я думаю, я не почувствую себя безнадежно несчастным, ибо всегда будет нечто, что поддержит меня, — хотя бы мои же руки, или зеленое дерево, или дыхание земли.

— Однако, батюшка, это довольно странно. Как же я могу обещать полюбить кого-то, кого я никогда не видел? — Тем более странно, сударь мой, возражать против кого-то, кого ты никогда не видел.

Так близко, но никогда не коснётся...

— Родители никогда не видели меня пьяной! То есть они так думают.