У меня не было иллюзий на его счет. Большую часть времени он пребывал в депрессии, был болезненно самолюбив, амбициозен и необоснованно похотлив. Он предпочетал отдыхать среди грубо нарисованного пейзажа, где вместо солнца — розовая таблетка, под ногами зеленая трава и коричневые грибы, а рядом протекает небольшая река белого порошка, и сам он обозначен условной фигуркой-кружок, овал, четыре палки, обязательно сигарета во рту. В остальное время, между депрессией и бэд трипами, это было доброе, пугливое и очень красивое существо, но лживое, что обусловливалось не столько испорченностью натуры, сколько ленью.