Как легко рассуждать о важности или незначительности событий или предметов, когда сам от них не зависишь. Не стоит с возмущающей небрежностью обесценивать чьи-то переживания, стоит помнить, что у каждого человека пьедестал забот и волнений занят чем-то своим. Индивидуальным. И если уж решил судить и выносить приговор, то для начала хотя бы узнай все тонкости чужой реакции. Ведь никто не любит палачей. Тем более ограниченных исключительно собственной точкой зрения.
Каждая душевная рана, ужасное происшествие, незначительная, на первый взгляд, вербальная оплеуха — они как крохотные незаметные трещинки на кружке, кажется, что абсолютно безвредны, однако в один прекрасный день от самого нежного прикосновения сосуд, как и человек, рассыпается по этим самым насечкам.
ᅠ Если за свои двадцать семь лет я в чём окончательно удостоверился, так это в том, что душе нужно не только время, чтобы залечить раны. Со всех углов кричат, и об этом много где написано, что человек — архитектор своей судьбы. Из-за чего складывается впечатление, что вся проблема только в решительности, а если уж она есть, то начнёшь выстраивать свой персональный замок кирпичик за кирпичиком. Но фишка в том, что этому необходимо учиться, а это всё — время. Кропотливый труд. Не произойдёт никакого волшебства по щелчку пальцев, хоть этим нерадивые психологи и стараются прельстить. А это всё равно как изо дня в день твердить человеку, что он может летать. Поверив, он в один прекрасный день выпрыгнет из окна с твёрдым намерением взмахнуть крыльями. Однако разобьётся о суровую реальность и получит вторичные травмы, из-за чего процесс восстановления ещё больше затянется. ᅠ Когда осознаём, что судьба выдала нам проигрышные карты, в какой-то момент появляется некая навязчивая идея и кажется, стоит её реализовать, как получим шанс всё исправить. Становимся заложниками собственной одержимости. Мы вроде двигаемся вперёд, но между тем продолжаем жать на тормоз. ᅠ И отлично знаю, насколько сложно вырваться из сетей дрянных мыслей. Долгие годы верил, что существуют вещи, которые невозможно простить. Злился из-за определённых обстоятельств, да что там — был в ярости от них. Дошло до того, что демон внутри начал заверять, что раз я пострадал очень жестоко, то имею все основания вершить беспредел. Но всё это чушь. Ни у кого нет таких прав. И точка. А после этого пришло осознание, что дело вовсе не в прощении. Дело в свободе. Занимаясь самоедством или позволяя событием из прошлого управлять собой, я лишь прочно привязывался к нему, постоянно, словно болячку, расчёсывал. А раз так, то как смогу создать нечто новое, если намертво связан с древними обидами? С такими гирями никогда не получится изменить свою жизнь. Признаться, мне не хотелось в этом копаться, потому что стыдился этих гадких эмоций. Было намного проще притворяться, будто всё у меня расчудесно. Прятал голову в песок, как страус. Впрочем, тем самым загнал себя в такой угол уныния… и там наконец отважился проанализировать, почему минувшее до сих пор причиняет боль? Что было не удовлетворено? Можно ли это компенсировать? Зачем мне нужно, чтобы с моей обидой считались? Что мне это даст? Почему для меня это так принципиально? Хорошо задумался об этом и кое-что важное для себя прояснил.
Такова уж природа воспоминаний. Они, как крохотные острые булавки, ранят тебя, когда ты меньше всего ожидаешь: самый простой знак — реплика, жест, визуальная элемент — может стать спусковым механизмом, из-за чего однажды перенесённое унижение, этот монстр прошлого негодования и дискомфорта приобретает вселенский масштаб и начинает заслонять горизонт.
В нашем мире, когда все, как сумасшедшие мыши, бегут забрать себе побольше сыра, важно вовремя остановиться, сделать выдох и задать себе важный вопрос: «А нужен ли мне этот сыр?»
ᅠ В какой-то момент начинаешь замечать, что слова в твоей голове прессуются и укладываются в тайный уголок сознания. Они превращаются в эдакие коробки, которые обещаешь разобрать завтра. На этой недели. Обязательно в ближайшие дни. ᅠ Незаметно закуток сортировки пополняется, пока однажды оказывается настолько захламлённым, что уже не помещается даже фантик, огрызок мысли. Как-то даже и забыл, что имелся тёмный чулан, просто автоматически сбрасывал туда свёртки с пометкой „не вовремя“. Вот только их груз и эхо обещаний ударяется о стенки черепа, создавая угнетающее гудение и тяжесть. ᅠ Невысказанные слова, эмоции — все они остаются отвратительной бесформенной грудой, которая медленно покрывается плесенью, начинает гнить. Отравление проявляется неожиданной вспышкой раздражения, всплеском уныния и апатии. ᅠ Единственный способ излечиться — выгрести истлевающие ящики и извлечь их содержимое на свет божий. Многие этот процесс воспринимают буквально и думают, что с помощью обнажения обретут желанную лёгкость и освобождение. Но обнажать нужно вовсе не тело — сознание. ᅠ Подобное может испугать, ведь социум одобряет половое раскрепощение, из-за чего легче раздвигаются (раскрываются) ноги, чем душа. Происходит подмена понятий, кажется, телесная близость непременно настроит обоих на одну волну, однако по факту лишь вырастает страх (порой даже неосознаваемый), что неинтересен возлюбленному как личность, как индивид, как человек. Проклёвывается неуверенность, начинает дуть дьявольский ветер. ᅠ Он пронизывает, принося тревогу, что отношения, построенные на поверхностном влечении, дадут трещину, если уйдёт главная соединяющая деталь, породнившая двух людей. ᅠ Впрочем, даже общение с приятелями по принципу водомерок, которые скользят по морской глади, но никогда не ныряют вглубь, не позволяет сформировать тесные и тёплые связи, из-за чего важные пласты жизни не затрагиваются, и человек чувствует себя изолированным. Непринятым. ᅠ … и охваченный горечью и досадой, набивает очередную коробку сильными чувствами, перевязывает её толстой бечёвкой и запихивает как можно дальше… ᅠ Поговори со мной. ᅠ Позволь тебя услышать.
Как много среди нас тех, кто переступает порог своей квартиры в десять или за полночь, а иногда вообще не возвращается, оставаясь заканчивать срочные дела? Полагаю, подобное происходит повсеместно. Выходит, мы видим своих детей или супругов по утрам (и то не всегда) и в период коротких отпусков. Плюс праздники. С рассветом многие идут на работу, поздно вечером возвращаются, затем скудный ужин или без него и скорее спать. С первыми тусклыми лучами солнца круг замыкается и всё повторялось по новому кругу. Ужасно напоминает работу стиральной машины. Многие не выдерживают такого ритма, умирают на рабочем месте или сходят с ума. И об этом в обществе не принято говорить, запретная тема абсолютно всех наций. Какой же абсурдный ритуал: если колоссальную часть времени посвящать исключительно работе, то когда просто жить?
Везде присутствуют как положительные стороны, так и отрицательные. Счастливые дети могут упирать на родительскую любовь, привязанность и прочие милые вещи, однако те, кто из семейного бокала хлебнули исключительно негатив, будут делать акцент именно на этом. Кто из них прав? Все.
Надежда и ожидание своего рода жгут, который растягивается и растягивается, но подобное не может длиться до бесконечности — он рвётся. У каждого из нас свой лимит прочности.
ᅠ Когда всё, что для тебя было важным и ценным, разбивается на миллион осколков, а душа становимся их вместилищем, когда их острые края рассекают сознания, заполняя фрагментами мучительных воспоминаний, то как люди выбираются из этого адского круга? Как они находят мотивы жить? Именно жить, а не существовать. Какими алхимическими формулами воскрешения пользуются, чтобы зарубцевать раны и снова начать радоваться каждому дню, наслаждаться прогулками по парку и общением с другими? Разве это возможно, если ты мёртв внутри? ᅠ Я был глуп и самонадеян, когда думал, что ничто не способно меня подкосить. Искренне верил, что моя способность отшучиваться и находить во всём положительную сторону станет магическим щитом, способный оградить или минимизировать ущерб, однако он оказался бесполезным против скорби. ᅠ Я всю жизнь провёл один и никто не готовил меня к самоутешению. Разумеется, не все мои отношения сохранились, и любовная лодка развивалась, однако расставания с людьми не были фатальными. Мысль, что они продолжали где-то рядом жить, позволяла злиться на них, осуждать, ненавидеть, эмоции считались приемлемыми. Но всё меняется, когда уход однозначный и бесповоротный. Всё утрачивает смысл, а чувства несправедливости и гнева, не находя виновного, консервируются в теле, начисто уничтожая остатки счастья, любви, надежды. Когда главное звено твоей судьбы исчезает, разрушается картина Бытия — она с хрустом рассыпается на кусочки, как фарфоровая тарелка, оставляя ощущение невосполнимой потери.
Если человек отказывается от своих честолюбивых планов и становится на один уровень с «серой массой», то справедливо ли, что за это ему приходится расплачиваться чувством стыда и даже вины? Или планки престижности не более чем иллюзия, те самые морковки, которыми дёргают перед носом, чтобы мы забыли о свободе выбора и слепо следовали туда, куда хочется сильным мира сего? Отказываясь от карьеры мечты и начиная довольствоваться малым, индивид автоматически становится ничтожеством? Или он сам должен определять высоту своей значимости?
Я — убийца, но никогда не сидел в подворотнях, дожидаясь глупую девчонку, чтобы там, зажав ей рот, изнасиловать. Для многих нет разницы — маньяк, насильник или киллер. Но это неправильно. Одним приказывают голоса, другие тешат своё самолюбие, а для третьих — это просто работа. Многие экземпляры совмещают в себе множество этих черт, но не я.