Смерть — это избавление от всего. Это как аборт, только в этом случае из вас достанут не маленький кусочек вашего же тела, который показался вам лишним и мешает дальнейшим планам, а извлекут душу. И тут у вас уже не будет второй попытки ни на что на свете. В вас не убили что-то конкретное... убили вас. Извлекли душу и выкинули, словно вы были ненужным мусором в этом мире... Обидно, но сказать об этом вы уже не в состоянии.
Никогда не доводилось слышать, чтобы вино со временем портилось. Да, оно сильно изменяется, но всегда приобретает только самые изысканные и неповторимые черты, не то что человек. В нас со временем накапливается целый букет лжи и отвращения.
Услышав или увидев что-то новое и любопытное, человеческая натура захочет услышать или увидеть продолжение сия действия, если даже тема зайдет в далеко не в самое благоприятное русло.
Заставлять человека всё разжевывать по двести раз, конечно, совершенно неправильно, но что поделать: если мы все вместе хотим понять и быть понятыми, а так же получить нормальный ответ на свой вопрос… нужно попотеть. А не закрывать тему сразу после неправильного ответа. В любых отношениях, будь то дружеские, рабочие или любовные, мы учимся на собственных ошибках, стараемся прислушиваться друг к другу… учимся друг у друга, учитываем мнения... Отношения — это такая своеобразная школа, где мы все на равных.
Соблазнить девушку несмотря на то, что ты гей, выглядишь как бомж и тебе приказали ее найти и привести не в самое лучшее место на свете? Проще простого. Как? Ответ: Хлебушек! Девушка выглядела уставшей, совершенно изможденной и из-за седины состарившейся, но она продолжала держать в себя в руках и своими вопросами порой даже ставила меня в трупик, от чего я боялся, что вскоре она раскусит меня и бросится в бегство, но когда желудок голодный — он правит мозгом. Стоило мне передать ей еду, как мне на душе стало легче, хоть что-то я сделал доброе в этой жизни.
Теперь посреди комнаты стоял Джон и та самая девушка — Анжелика. Наконец-то я узнал ее имя, хотя раньше я совершенно не задавался этим вопросом. Затем он дал ей совершенно другое имя — «мой ангел-хранитель» — и в этот момент, всего на секунду, я столкнулся с ее испуганными глазами. Почему я раньше никогда не задумывался, что ангелам-хранителям тоже нужен свой собственный хранитель? Они помогают переживать нам беды, но помочь им самим не пасть духом и устоять в неравном бою с нашими человеческими грехами никто не в силах. Если бы Анжелика и была «его ангелом-хранителем», то явно плененным не по своей воли. А пленили ее за то, что она являлась самой сильной из слабой половины рода человеческого, с которой мне удалось пересечься.
— Делись давай. У вас с Саммерсом всё серьёзно? — Не знаю... — рассеянно ответила девушка, смотря на входную дверь. — О-о-о... да, про рассказы про убийц у тебя язык лучше подвешен, чем про любовь. — На моем лице появилась широкая улыбка, когда до меня дошло, что же изменилось в Анжелике с момента моего пребывания в чужой квартире: ее щеки порозовели, а губы стали свежими и алыми то ли от алкоголя, то ли от затронутой мной темы. — Я сказала как есть — не знаю. Любовь для меня самая настоящая Terra incognita. И понятие не имею, что такое любовь. Как понимаешь, что любишь? Как определяешь, что человек перед тобой именно тот единственный и неповторимый, раз и навсегда? У меня мерки совершенно примитивные: страшно-нестрашно, приятно-неприятно. Всё. Не знаю, что надо ощутить... не знаю. Не понимаю. — И не поймешь. Разве только со временем сопоставишь некоторые факты. К примеру, что выбранный тобой человек — сам того не подозревая — беря тебя за руку, направляет из тьмы к свету.
Как показывал опыт, проверить первую выдвинутую гипотезу лучше сразу, чем отложить ее на потом, испробовать всё остальное и лишь под конец убедиться, что первый вариант был изначально правильным.