— Вот что с ним делать? – обреченно спросила она. — Бить его нужно. Причем хорошо бить. — Поздно уже бить, — фыркнула Астория. – Ему тринадцать и он знает, что такое садомазохизм…
— А если я попаду куда-то не туда? – спросил Скорпиус, ковыряя вилкой в тарелке. — Не в Слизерин. — Ну, если попадешь в Когтевран, мы будем знать, что у тебя хорошо работают мозги, — весело протянул Драко. – Если в Пуффендуй – мы скромно промолчим, если в Гриффиндор – мы заставим тебя съехать от нас.
— Старый, копай. Наземникус, еле поймав лопату, которая едва ли не выбила его золотые зубы, глянул на меня, как на идиота. — Да чего ради я буду тебе помогать, я верующий человек! — Ты атеист. — Атеизм — тоже религия. — Копай.
Ешь, давай, а то придет бабушка и начнет причитать, что ты худой как лукотрус. Сегодня мы отправляемся в Косой Переулок, и твой голодный обморок не отвлечет нас от наших дел.
— Ну, вот, готово, дорогой! – сообщила мадам Малкин, снимая с мантии последнюю булавку. Глянув в зеркало, Скорпиус, пробормотал: — Я даже на похоронах у тетушки Марселии выглядел повеселее.
Но старый хитрый аферист, действительно купившись на мои угрозы, сделал от силы три маха лопатой, потом же схватился за поясницу и принялся орать так, словно ему хребет по позвонкам заживо разбирают. Тут же я узнал, что у Наземникуса, оказывается, больная поясница, больные колени, больные руки, больные почки, больная печень, зрение хуже моего, старческое слабоумие и еще целый список болезней.