— Они помнят все наши ошибки. — сказала она, указывая на звезды, — О чем ты думаешь сейчас? Я некоторое время изучал выражение её лица, прежде чем ответить на вопрос, открыться ей. — Знаешь, порой мне не достает решимости сделать шаг в неведомое, попытаться изменить ход привычных вещей. Я просто живу, ухватившись за череду обстоятельств, и она швыряет меня из крайности в крайность, как безвольную тряпичную куклу... Земля вращается, дни сливаются в недели, те в месяцы, а те в свою очередь в года. День-и-ночные качели, подвешенные на нитях мироздания, уносят нас из детства в отрочества, затем в зрелость и наконец старость.
Молчать привыкнув, доверюсь силе мысли. Она живой родник и правда моей жизни. Ведет меня сквозь тернии к вершинам, И низвергает с них в полымя, дабы я гордость усмирил. Учился на своих ошибках, и что имел ценил.
Все мы чего-то, или кого-то ждём, вглядываясь в горизонт событий. Где же ты, тот самый, тёплый бриз надежды, предвещающий встречу с долгожданной мечтой?
— А люди в основном редко поднимают головы... — Это и делает тебя исключительной! Быть может, твои глаза впитали небо, от того, что ты так часто смотришь на него? Когда я впервые увидел тебя, то сразу заметил воздушную легкость в них!
Сбиваются года В десятилетия и улетают. Видать куда-то в те края, Где люди исчезают. Мы время по часам сверяем, Пока оно смиряет нас. Жаль, мы того не понимая, Порою упускаем шанс любить, И просто отпускаем тех, Кто любит нас.
Ты приходи к моей своей душою. Прозрачной, бархатной, ранимой, нежной. Я дверь тебе открою, кутая в надежду. Спасая от озноба, всем на зло ветрам таёжным! Когда невыносимо, больно, сложно... Ты приходи, я пустоту твою своей заполню, И ты мою своей заполни тоже.
В душе у каждого из нас есть первозданный рай, Коль мы приходим в этот мир как плод любви. И лишь потом, с древа добра и зла вкусив, Не можем отыскать его внутри, чтоб разделить с другим. Мы повсеместно насаждаем своей правды алтари, Все меньше оставляя той святой земли. Суть человеческая – эгоизм, на этом всё стоит.