В придорожном кафе Чья-то скрипка тихонько играла. Что-то было не так... Даже сердце пророчило сбой. И никто не узнал – Отчего же она умирала. Даже ты не узнал, Что она заболела тобой.
Я запомню тебя. Но чуть-чуть, погодя, Я пойму, что устал разрываться на части. Я сумел бы стать радугой после дождя, Но уж лучше дождем… после сказок о Счастье.
Я сказал: «Не судьба», но настаивать было бы лишним. Ты ведь помнишь тот день, когда сердце случайно сломалось? Ты ведь знаешь тот звон, тот надрыв. Я уверен – ты слышал. Страшно не было, нет… или, может быть, самую малость…
Кукольный дом, искусственный свет, В кукольной жизни беспечно веселой Кофе на завтрак, чай на обед, Что знают куклы о жизни тяжёлой? Кукольный взгляд из под кукольных век Жизнь как игра без сюжета и правил Кукла — игрушка, не человек Ты её взял, поиграл и оставил Кукла не знает что значит любовь В кукольном сердце нет места для боли К ней возвращаешься ты вновь и вновь Она хороша в своей кукольной роли Кукольный дом, искусственный свет В кукольной жизни беспечно весёлой Кофе на завтрак, чай на обед, Все знают куклы о жизни тяжёлой.
В пыльной Москве старый дом в два витражных окошка, Он был построен в какой-то там — надцатый век. Рядом жила ослепительно-черная Кошка, Кошка, которую очень любил Человек.
В детстве я в сказочной книжке увидел картину: Маленький мальчик выкладывал что-то из льдинок И восседала на мраморном троне, что слева, Бледная женщина Снежная как Королева
Жизнь — это миг, начинающий грязь перламутром... Ты засыпай. Знаешь, это, не так уж хреново... Я посижу здесь. Мы снова увидимся. Утром... Все для того, чтобы завтра спасти тебя снова...
Если ты болен небом, то это, наверное, навсегда. Тут не спасут доктора, не поможет шаман и живая вода. Небо проглотит тебя. Небо сдавит тебя. Но беда-не беда. Может быть, я ошибаюсь, и это не навсегда. Господи, дай мне надежду, что это не навсегда.