Если когда-нибудь замечали, то запахи могут многое рассказать о женщине. Вот, например, истинные жрицы любви пахнут дорогими цветами: розой или лилией, а самые дорогие – орхидеей. От типичных домохозяек чаще всего можно уловить нотки специй: корица, карри, розмарин. Юные нимфетки отличаются детско-взрослым запахом: молока, карамели, клубники со сливками. Фруктовым оттенком чаще всего пользуются зрелые не по годам женщины, которые уже замужем, но еще девочки в душе. Это неплохо, это завораживает. Им хочется уткнуться носом в грудь и вдыхать полные легкие этот сладкий, недозрелый запах.
Если уж бороться за свою женщину, то до крайностей. Иногда, можно пойти и на рукоприкладство. Он мужчина, а завоевателей нельзя остановить. Это мы все знаем по истории, и великим Богам. Если мужчины чего-то хотели, то добивались этого, или получали за это, что в принципе, крайности одного и того же.
Все это характеризовало его нутро. «Слишком рано»… он применял это начало на любую фразу. Слишком рано для брака, слишком рано для отношений, слишком рано для работы и список можно было продолжать вечно. Все это не красило взрослого мужчину с его ребяческими поступками, как в отношениях, так и в жизни.
А публичный дом, словно вторая исповедальня. Здесь тебе и слова найдутся, был бы слушателей с пятым размером и пухлыми губами, которые можно занять, чтобы не осуждала во время твой «горькой» исповеди.
Если честно, то женщины по природе более войны, чем мужчины. Здесь, совершенно точно, говорит не мое нутро подкаблучника. Сколько знаю женщин, то все они собственницы, хищницы и завоеватели. От одного их взгляда в порыве дикого гнева становится страшно, что уж говорить про тех дамочек, которые попадают под горячую руку. Я делю женщин на три категории. Первая, те женщины, которые схватят за горло если ты им интересен, и не отступаться. Они будут всем своим уверенным видом разгонять недостойных претенденток, а когда наиграются, то уйдут так же громко, как и вошли в вашу жизнь. Они курят после секса, пьют алкоголь медленными глотками, и скорее всего, предпочитают быть сверху.
Что вы думаете о женском смущении? Оно ассоциируется у вас, как шоколад на кончике вафельного рожка? Или же это манящая приправа к вкусному мясу? Как по мне, смущение идет далеко не каждой женщине. Есть такой вот нюанс у женщин под вторым типажом. Они не представляют свою жизнь без этого. Без робости и смущения, их жизнь становиться скучной и неполной.
Как оказалось, в мире нет, и не было ничего идеального. Проблема может крыться в нас самих, а может быть и в последствиях от наших «значимых» деяний. Сегодня, когда с уверенностью можно говорить о продаже, и торговле не только телом, но и души, такое явление, как малолетняя проституция никого не удивляет, и, в общем-то, может претендовать, как на важно составляющее любой малолетней девочки. Лет так до шестнадцати. Хотя и шестнадцать не предел, как и тридцать. Иной раз, когда мозги заплывают сахаром, карамелью и всякой приторной сладостью, то женская натура никак не может принять тот факт, что тебе, милая, уже тридцать лет, а не пятнадцать. А она продолжает надевать клетчатую, короткую юбчонку продолжая копировать стиль свежеиспеченных «старых» татушек, и гонять в мокрой белой рубашке. И при этом, женщина свято будет верить, что ее воспринимают пятнадцати летней любительницей заурядных песенок про лесбиянок.
Два поворота ключа, и дверь поддается. Он проходит в коридор, вытирает обувь о брошенный, смятый утром коврик, бросает ключи на прихожую и вздыхает. Запах пустоты витает в квартире, где еще недавно был запах цветочно-цитрусовых духов женщины. Его женщины. Он потерял. Потерял ее, как самый глупый из всех безумных людей на свете. Жалел ли он? Он искал утешения в соблазнах других женщин, и не находил покоя. Словно вместе с ней ушло все то, что все эти годы составляло его, как мужчину. Спокойствие, уверенность, мечты. Да, никогда не славился верным мужем и это факт, но только она всегда была в сердце. Зачем изменял? Искал новое впечатления, хотел задеть чувства супруги, дать повод ревновать, как же это было по-детски. Он желал одиночества, свободы, но заполучив ее, бежал прочь, как от проказы, от чумы. Его многоточия оставались пустыми, тусклыми, безжизненными.
Женщины за этими дверьми походили на пожизненных заключённых без права на досрочное освобождение, без права на жизнь, без права на любовь. Они все чем-то друг на друга похожи, хотя и выглядят совершенно по-разному. Страшно видеть в глазах пятнадцатилетней девочки женскую скорбь. Ужасно видеть в этих юных глазах мученическую боль потрепанной жизнью сорокалетней особы, которая сделала все ради того, чтобы познать житейский, женский тлен. Только одна плачет от горечи в пятнадцать, а вторая запивает ее горькой водой, чтобы побыть первой, и наверстать упущенную страсть и вкус.
Воспоминания умеют причинять боль. Боль, разъедающую, словно трупные черви плоть. Боль, которая проникает внутрь пронизанного страхом сердца, и выворачивает его наизнанку. Страх, который сжимал это самое сердце, и заставлял чувствовать пик нервозного адреналина с примесью безысходной атараксией собственного ничтожества. Наркотические галлюцинации, которые знакомые лишь тем, кто чувствовала всем своим нутром неподдельное опьянение: алкоголем, никотином, наркотой, страстью. Мираж, словно пелена обволакивающий все инстинкты самосохранения, когда чувствуешь сильные руки на талии. Слова, которыми упиваешься до такой степени, что начинаешь чувствовать первые позывы тошноты. Ложь, в которую веришь, как в последний раз позволяя гладить себя между ног, а после ноешь, скребешь когтями по телу от ломки по телу тому, кто трахал тебя словно самую грязную из всех существующих **ядей.
Вопрос, который вновь возник в моей голове: «Почему мужчины поднимают руку на девушек?». Ответ двоился. С одной стороны, я предполагала, что именно таким образом они пытаются показать свою значимость и силу. Показать, что именно они вожди по жизни, и по-этому, считают своим долгом строить всех. Однако с другой стороны, я пришла к мнению, что это закомплексованные выродки, которые могут показывать свою силу только с теми, кто не даст отпор. Женщины, дети, инвалиды и все эти меньшинства нашего социума. Сомневаюсь, что такой парень полезет в драку с тем, кто заранее сильнее его. Сколько себя помню, то на меня руку подняли всего два раза. (Если не считать постельных инцидентов, где самец есть самец и это нормально).
Когда мне было восемнадцать, я вышла замуж, но буквально через пол года развелась. Сказка в которую я поверила, оказалась лишь блефом. Ничего не было из того, что ожидалось, что обещалось, и в конечном итоге, жить с этим человеком стало невозможно. Он превратился в настоящего монстра. Постоянное недовольство, угрозы и попытка убийства. Я думала, что не доживу до следующего дня рождения. Не помню, как удалось сбежать из этого кошмара, но только второй мой брак закончился реанимацией. Не понимаю, почему мне так не везет с мужчинами, ибо, что не исполнил первый, практически выполнил второй. После второго развода, я сказала себе «хватит». Пообещала, что больше никто не причинит мне боль.
Сколько я себя помню, мама всегда говорила, что постоять за себя я должна уметь. Неважно, какого размера твой противник, но ударить в ответ ты должна уметь. С тех пор, я зазубрила это, как жизненно важный урок, и к моему удивлению, он спасал мне жизнь далеко не один раз. Размер противника никогда не сыграет роли, если ты борешься за свою жизнь. Увы, испытала на собственной шкуре.
При одном взгляде на этого мужчину, я поняла, что это садист в наивысшей точки своего естества. Все в нем говорило о такой пикантной мелочи. Взгляд полный уверенности, и изгиб пальцев. Да, как бы смешно не звучало, но в руках была невероятная власть, какой глупые пташки любят упиваться. Только это не по мне.