Не стоит заглядывать под чужие маски. Потому что иногда ты можешь увидеть то, чего совсем не ждешь. Сломанную напрочь психику. Вдребезги искалеченную душу. И больные, страшно больные глаза.
Я стала старше на один роман, На одного любимого мужчину. Вчера казалось, что сойду с ума, Сегодня знаю — это не причина. Но брошены ключи на круглый стол, И лбами жизнь столкнёт теперь едва ли… Я счастлива, что ты меня нашёл, Но горько, что друг друга потеряли… А знаешь, даже легче без тебя. Я возвращаюсь к той забытой жизни, Когда ничьи звонки не теребят И ниоткуда не приходят письма. Живу себе в блаженной пустоте, И, позабыв тревоги и усталость, Свободна так, что можно полететь. Вот только крылья у тебя остались!
Зимой грань между ночью и днем размыта. Это летнее утро заявляет о себе во всеуслышание, опрокидывая на землю ковш нежно-розовых сполохов. Зимой грязный рассвет подкрадывается незаметно, исподтишка. Как профессиональный убийца.
Аромат свежей груши, красота восхода и заката, ощущение дуновения ветра, волны моря, прикосновения... Мгновения абсолютного счастья, ради которых мы живем.
Она сидела у окна, А он вошел в ее вагон. — Женат, — подумала она, — Лет тридцать пять, — подумал он. А за окном цвела весна, День был прекрасен, словно сон. — Красив, — подумала она. — Как хороша! — подумал он. Но проза жизни такова, Он встал и вышел на перрон... — Как жаль! – подумала она. — Как жаль! – успел подумать он. А дома, взяв бокал вина, Включив любимый «Вальс-Бостон» — Одна... – подумала она. — Один... – подумал он.
— Так вот… Я продолжу и скажу, когда кот съел Алису, он приобрёл часть её бытия, которое сохранится до тех пор вместе с ним, пока его желудочные ферменты не переварят остатки Алисы…А может быть не переварят… Алиса спрячется в его организме, зароется и будет жить там тепло и хорошо, может быть не так удобно, как нашему трупу или… — У нас времени совсем нет! Пошли! — Или субъекту… — Пошли! — Но всё же будет там жить… — Ключ где? — А АлисаЧешир… да бред это… — Ты мне дала ключ? — Девочки маленькие не едят сырое мясо…