Тёплое спокойствие сгустилось вокруг меня, словно я вернулась в утробу, где моей единственной заботой было дыхание. В утробе матери я была частицей Бога, той из трёх, что рождается и умирает; семечкой, которая станет деревом и других своими плодами накормит. Там, в утробе, я жить не боялась, но потом прошла через узкий проём и попала в людские руки — они-то и научили меня бояться жизни.
— Вам еще никто не сказал? — Что? — Про Амата. Петер слишком поздно понял, что матери такое говорить нельзя. Она тотчас подумает, что либо ее сын попал в страшную катастрофу, либо его забрали в полицию, — когда говорят «а вы знаете, что с вашим сыном?», для родителей среднего не бывает.
Не беспокойтесь о своей духовной несостоятельности – Бог видит её и знает, что все немощные и грешные. Вам же нужно положиться на Него, молиться как можно усерднее, не впадать в отчаяние и бороться с грехом, насколько хватает сил. Вот когда вы начнёте думать, что чего-то достигли в духовной жизни – бейте тревогу, значит, всё наоборот.