Цитаты на тему «письма»

Напишите письмецо, нет его дороже для бойцов, напишите пару слов, вы, девчата, для своих пацанов.

Я не знаю, что делать. Как в тумане, чувствую, что во всем я неправ, что я не строю характеры, как должен, или даже письма пишу не такими, как их нужно писать. Но я надеюсь — со временем все вызреет.

С утратой бумажной переписки романы не обеднели — они обнищали.

Постепенно всё образуется. Я вам буду писать письма, бесконечно длинные и скучные, как дождь в сентябре. Вы не пугайтесь. Воспринимайте их, в конце концов, как беллетристику. Я не могу иначе: мне нужно говорить с вами, даже если вы не ответите. Это моя потребность — быть услышанным вами, даже в тишине.

…И думать как-то приятно, что эти письма побывали там, где меня самого не было.

Я лишь на днях писал… в Париж. Там развилась «страсть» к «старчествованию». Это — писал я — опасная игра! Старец — высокое, особое, облагодатствованное лицо (я знавал таких). А кто мы? — и сапогов их не стоим; а воображаем старцами?! И Вам говорю: забудьте о так называемых старцах… В таинстве нужно только одно: искренняя исповедь кающегося… И тотчас (через орудие — духовника) непременно дается отпущение. Так всё ясно и просто!... Всё — в Церкви, а не в лицах; во Христе, а не в иереях! …всё должно делаться в меру и без «надрывов», без сентиментальности, но и без горячности, а тихо, ровно, спокойно, смиренно. С надеждою на Бога. Ходить в церковь следует по праздникам; а если по службе предлагают работу и в эти дни — то смиренно послушайтесь, нимало не протестуя даже в сердце. И тогда работа вменится Вам в молитву. Но и за работой, и в пути (если можно) поминайте Господа, и всё творите «ради Него», по совести. Тогда и работа обратится во спасение. Не казните себя страшными словами: «окаянная», «мерзкая»… Поверьте мне: это не от Бога, а от врага, вводящего в уныние, коего у Вас и без того через меру. Наоборот, живите отныне в надежде и утешении, вспоминая ту радость и «счастье чистоты» и блаженства, которые Вы испытывали в течение 3 дней после Святого Причастия. Вот это от Господа.

Я хочу думать, что Ты очень вежлив со всеми англичанами, которые стараются оказать Тебе лучшие, по мере возможности, прием, охоту и т.д. Я хорошо знаю, что балы и другие официальные дела не очень занимательны, особенно в такую жару, но Ты должен понять, что Твое положение Тебя обязывает к этому. Отставь свой личный комфорт в сторону, будь вдвойне вежлив и дружелюбен и, более того, никогда не показывай, что Тебе скучно. Будешь ли ты так делать, мой Ники? Иначе просто нельзя, мой милый, но я знаю, Ты понимаешь все это прекрасно, и Ты знаешь только одно мое желание, чтобы ничего нельзя было сказать против Тебя и чтобы Ты оставил о себе самое лучшее впечатление у всех и всюду.

Будь неладно это писанье! Какая нелепая мистификация — эти письма! Как должен быть и глуп и банален и бестолков тот, кто первым выдумал, будто в письмах можно разговаривать. Это все равно что отправиться в длительное путешествие, прыгая на одной ноге.