Со всех ближайших улиц люди стекались группами, образуя единый поток. Кто-то нес плакаты с портретами Островского, кто-то размахивал флагами радикальных организаций, иные стояли по углам, переминаясь с ноги на ногу, держа в руках ватманы с нарисованными от руки ярко-красными слоганами. Девушку не покидало ощущение искусственности происходящего. Все выглядело как тщательно спланированная постановка. Видели. Знаем. В Киеве, в Минске, в Москве. Одни и те же кадры. Постепенно толпа становилась все гуще, насыщеннее, закипала, как кастрюля традиционного славянского борща, в котором по классическому рецепту идеально сочетались и свежее мясо, и темно-алая свекла, и озорная морковка, и, конечно же, хрустящая капуста.
В колхозе утром нам опять подняли цены, Но у нас праздник, мы гуляем и поём. Теперь Европу мы нагнём все непременно Америку мы тоже щас вот-вот нагнём.
И пофиг нам, что у нас денег кот наплакал И что нам не на то совсем уж стало жить. Нам главное нагнуть вон тот проклятый Запад И всех соседей с нами заставить дружить.
Наш председатель снова шутит искромётно Терпи не нравится и про глистов и жопу. Играют песни соловьиного помёта Отключим газ, а ну-ка бойся нас, Европа.
В любой другой стране ты можешь жить отдельно от политики. В Израиле это невозможно. Она ввинчена, как штопор, в макушку каждого человека. Чпок! – и голова летит к чертям собачьим
Политика — это способ вести дела… без драки. Мы торгуемся из-за каждой мелочи, в чем-то уступаем друг другу, причем каждый думает, что обжулили именно его, спорим до хрипоты и, наконец, кое-как договариваемся, не разбивая при этом голов. Вот что такое политика. Есть и другой способ — разбить-таки эти головы… Так и бывает, когда одна или обе стороны больше не желают торговаться. Поэтому-то я и говорю, что хороша даже плохая политика… ведь единственная альтернатива — насилие и страдания.
Политика касается прежде всего человеческих существ и их жизни. Это искусство, а не наука — искусство поиска возможностей. Возможности Сингапура — в трудолюбии его жителей, в общественной дисциплине и самоотдаче, благодаря которым при нашей скудной экономической базе нам удается сохранять ведущее место среди развивающихся стран с низким уровнем дохода и изобилием природных ресурсов.
В моей стране политики обогащаются, а люди не получают от них ничего. Мне много раз предлагали пойти в политику, а я сказал им «нет», потому что я не гожусь для того, чтобы воровать у людей.
Еще смолоду я убедился, что нет события, о котором правдиво рассказала бы газета, но лишь в Испании я впервые наблюдал, как газеты умудряются освещать происходящее так, что их описания не имеют к фактам ни малейшего касательства.
Когда я понял, что по сумме того, что делает Зеленский, он губит Украину, внимание, эффективнее чем Путин! Я сменил риторику. В момент, когда я это осознал.
Сегодня все, что еще держится в стране, держится на плечах поколений, прошедших социализацию при социализме. Этих людей становится все меньше, а в новую жизнь вливаются недостаточно дееспособные поколения.
Политика — клоака. Депутаты — паралитики. Беспомощные, кто голосует — дураки. Я вижу: старики по улицам ищут бутылки. Вижу: политики лишь набивают кошельки, Водят тачки, строят дачи, особняки, Устраивают склоки по ТВ. Они ведь те же гопники, Только у власти.