28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Цитаты на тему «репрессии»

41 цитат

Цитаты на тему «репрессии» – подборка вдохновляющих фраз из книг, фильмов, песен и сериалов, а также афоризмы и высказывания великих людей.

Авторы по этой теме

— Шли бы вы домой, капитан Лиховол. Что-то холодно сегодня. Сегодня Герой Советского Союза, а завтра... — Ты кому, крыса тыловая угрожаешь? Ты мне, капитану Лиховолу Герою Советского Союза угрожаешь? Да мне лично товарищ Сталин вот эту руку жал! А тебе кто чего жал?... — Отставить, капитан Лиховол! — Да, погодите, Алексей Николаевич. Сколько они мне крови на фронте попортили и сюда приперлись?! Кожин... Один на один с фрицем... Дешевка! На фронт, сука! Гранату в зубы!
— Кожин (особист) · сериал
Когда Солженицына спросили, почему он сделал главным героем повести «Один день Ивана Денисовича» человека из самых низов, ведь главный удар сталинских репрессий пришелся по интеллигенции, Александр Исаевич ответил: «Во-первых, это неправда, что он пришелся только по ней — в лагере я видел множество и простых людей тоже, а во-вторых, интеллигенция как-нибудь сама о себе напишет, а о малограмотном Иване Денисовиче могут и забыть». Этот его ответ в то время я очень уважал.
Подымались как к обедне ранней, По столице одичалой шли, Там встречались, мертвых бездыханней, Солнце ниже и Нева туманней, А надежда все поет вдали.
Это было, когда улыбался Только мертвый, спокойствию рад. И ненужным привеском качался Возле тюрем своих Ленинград. И когда, обезумев от муки, Шли уже осужденных полки, И короткую песню разлуки Паровозные пели гудки, Звезды смерти стояли над нами, И безвинная корчилась Русь Под кровавыми сапогами И под шинами черных марусь.
Сто лет назад в нашей стране начали строить новое государство — безбожное. Основатель этой философии Карл Маркс не был атеистом; так почему же не просто атеизм, а кровавая борьба с Церковью стала неотъемлемой частью советской власти с первых ее шагов? Монахи, священники и верующие миряне одним своим существованием напоминали о том, что в жизни есть более важные ценности, чем материальные блага и построение на земле подобия рая. И о том, что, не победив грех, невозможно построить рай. Верующих лишали всех прав, сажали в лагеря или расстреливали. Девяносто девять процентов священников было репрессировано. Если ты знаешь, какова воля Божия, и не исполняешь ее, рано или поздно Ты возненавидишь того, кто напоминает тебе о заповедях, а потом и Того, кто их дал.
Все погибшие «за родину» на самом деле всегда отдавали свою жизнь за режим. За его глупости, ошибки или капризы. «Родины» не ведут войн и не устраивают репрессий. Они бесплотны и существуют только в воображении. Войны и репрессии – это всегда забава режимов.
Насчет иностранцев советую не спешить высылкой. Не лучше ли в концентрлагерь…
Работал в театре Мейерхольд. А потом перестал появляться в театре. Еще Сталин беспокоился и все спрашивал: куда делся Мейерхольд, куда пропал?
На трибунах становится ти-и-ише, запугали народ навсегда, расстреляли вчера Мейерхо-о-ольда, Мандельштама свезли как дрова. Расстаемся друзья, остается в сердце нежность, будем дружбу крепить, за землей в Украину ходить.
Легкие летят недели, Что случилось, не пойму. Как тебе, сынок, в тюрьму Ночи белые глядели, Как они опять глядят Ястребиным жарким оком, О твоем кресте высоком И о смерти говорят.
— Питер, Эрвинг, Планки не виновны, также, как сыновья Бонхарда. — Я забыл, что вы дружите не только с Планком. — В наши времена дружба бесценна.
Всех, проживающих на территории РСФСР иностранных поданных из рядов буржуазии тех государств, которые ведут против нас враждебные и военные действия, в возрасте от 17 до 55 лет заключить в концентрационные лагеря…
… Дети в школах пишут сочинения: о несчастной, трагической, загубленной, ещё какой-то жизни Анны Карениной. Но разве Анна была несчастна? Она избрала страсть — и заплатила за страсть, это счастье! Она была свободный гордый человек! А вот если в дом, где вы родились и живёте отроду, входят в мирное время шинели и картузы — и приказывают всей семье в двадцать четыре часа покинуть этот дом и этот город только с тем, что могут унести ваши слабые руки?…
— А разве это хорошо — писать доносы? — Она опять сузила глаза. <...> — Да ведь пишут. Вера Корнильевна, как пишут! И получается. Римляне говорили: testis unus — testis nullus, один свидетель — никакой не свидетель. А в двадцатом веке и один — лишний стал, и одного-то не надо.