Цитаты на тему «самоидентификация»

— Форрест, ты уже выбрал, кем станешь, когда вырастешь? — Кем буду я? — Да. — А разве я не буду самим собой?

— А кого я вижу? — Кто я? В смысле, откуда я? Кем я однажды могу стать? Что я делаю? Что я сделала? О чем мечтаю? В смысле, что вы видите? Или что видела я? Чего я боюсь или о чем я мечтаю? В смысле, кого я люблю? В смысле, что я потеряла? Кто я? Полагаю, я в точности такой же человек, как и вы, ни лучше и ни меньше, ибо не было и никогда не будет того, кто будет в точности таким же, как вы или я.

Фигура отца и фигура матери – это точка отсчета для формирования не только идентичности, связанной с полом и гендером, но и в целом личности, индивидуальности. Какой, какая я? А что – точно не я? На эти вопросы мы отвечаем, поначалу отталкиваясь от своих сходств и различий с родителями, от их отношения и оценок друг друга и нас самих. Мы также улавливаем, что одобряют и не одобряют они друг в друге, в самих себе, в окружающих. Когда мама и папа видят, знают и уважают различия друг друга, ребенок получает послание, что он тоже имеет право быть «другим», «своим собственным», не похожим ни на кого, – и при этом он будет продолжать оставаться любимым. Это – основа здоровой идентичности, свободной от внутреннего раскола. Тогда как конфликты из-за инакости порождают запрет для ребенка быть другим, по сути – самим собой. А значит, ему сложнее будет жить свою жизнь, следовать своим путем, имея свои убеждения и ценности.

Дэнни Салливан: А что, если мне не понравится, кем я стану? Ну, после терапии. Джером: Я... я всю жизнь пытался понять, кто я. Чернокожий. Гей. Храбрец. Трус. Бунтарь. Миротворец. Оказывается, я — все эти люди. Конечно, это не облегчает задачу. Меня били, плевали на меня, выгоняли отовсюду. Но я знаю, кто я. И никто не сможет отнять это у меня. Ариана знала, кто она; она гордилась этим. Это в тебе. Это часть тебя; она — часть тебя. Ты делаешь то, что должен делать каждый человек. Принимать хорошие стороны своей личности и любить их. А плохие — пытаться сделать лучше. Это всё, что в наших силах.

— Психиатры хотят выяснить, кто вы такой. — Это задачка. Не знаю... Я люблю притворяться. Что ещё делать, когда сам не знаешь, кто ты такой? Сочиняешь себе прошлое, чтобы забыть своё собственное. Значит ли это, что я вру сам себе, доктор? — Возможно. Как правило, маска скрывает то, чего не хотим видеть мы сами. — Это интересно. Я думал, это способ стать кем-то другим. Порой приятно забыть, кто ты на самом деле. Даже если знаешь, что это лишь иллюзия.

в Америке рэперами были главным образом негры, и для самоидентификации им служило «N-слово». Пользоваться им разрешалось только черным. А в России рэперами были евреи (что привело к интересным мутациям жанра, превратив криминальную браваду в нервную исповедь), и у них в ходу было «Ж-слово», употреблять которое безнаказанно тоже могли лишь они. В общем, архаичная система кросс-табуированных самоидентификаций, сладковатый запах тленья и аромат веков.

Как только мы признаем, что кулинария – это искусство, сопротивляться дальнейшим выводам не останется ни сил, ни смысла. А они просты: как и все прочие виды искусства, кулинария часть культуры народа, оттиск его души, причем в очень необычном и красивом ракурсе. Кулинария есть неотъемлемая и крайне значимая часть культуры любого народа, более существенная в процессе его самоидентификации, чем высокая поэзия и архитектура – они для избранных, а едят все, да еще и каждый день. Кулина тоже муза, хотя Эскулапова, а не Аполлонова дочка. Для меня совершенно ясно, что кулинарные конкурсы должен открывать министр культуры, а не торговли, как у нас водится. Также как в фольклоре любого этноса нетрудно различить влияние его истории, взаимоотношений с соседями, географии вмещающего ландшафта, увлечений и темперамента, так и в кухне этого народа вы все это увидите, не напрягая зрения. И в излюбленных народных продуктах, которые именно под этим солнцем вырастают такими сочными и аппетитными, и в заимствованиях из кухни соседей, причем не обязательно соседей добрых (завоеватели даже против своей воли оставляют завоеванным в качестве своеобразной дани-компенсации все свои тончайшие кулинарные приемы), и в домашних заготовках простых хозяек, ставших высокоценимыми и высокооплачиваемыми деликатесами (согласитесь, величайшие продукты, которым поклоняются настоящие гурмэ, обычно возникают именно в процессе созревания, да еще и в климатических условиях, которые далеко не во всем мире встречаются), скрывается немалая часть прекрасного и великого чувства Родины, которое вдохновляло великих поэтов и побуждало жертвовать жизнями храбрых воинов. В том комплексе знаний и навыков, который определяет принадлежность данного человека именно к этому народу, без кулинарии никуда.