Ты становишься полицейским, чтобы никто не страдал. Но, в итоге, больше всех страдаешь ты. Становишься полицейским, чтобы никто не умер. Но, в итоге, умирает твой самый близкий человек. Становишься полицейским, чтобы все были счастливы и любили друг друга... Но, в итоге, никто тебя не любит. Виноватый итак от тебя будет бежать. Невинный будет цепляться к тебе. Ты останешься один. Одиночество — это наша судьба.
Находясь на службе, помни две истины: «Только беспристрастность излучает свет мудрости. Только бескорыстие рождает авторитет». Вернувшись в свой дом, помни две истины: «Только радушие приносит покой. Только от бережливости бывает достаток».
В морском деле, как и во всяком деле на свете, есть своя служба и своя наука. Все, что ни делается, делается на какую-либо службу или потребу человека. Наука дознается, и делает, и учит, «как лучше?», а служба пользуется и делает, как можно лучше. Наука без службы – мыльный пузырь. Служба без науки, подчас не погневайтесь, наделает курам на смех… Так-то вот ни наука без службы, ни служба без науки...
А что же эти миллионы солдат, как не личные рабы тех, кто ими управляет? Разве эти люди не принуждены к исполнению всей воли своих владельцев под угрозой истязаний и смерти — угрозой, часто приводимой в исполнение. Разница только в том, что подчинение этих рабов называют не рабством, а дисциплиной, и что те были рабами от рождения до смерти, а эти более или менее короткое время так называемой их службы. Рабство личное не только не уничтожено в наших цивилизованных обществах, но с общей воинской повинностью оно усилилось в последнее время, и как оно было всегда, так и теперь остается, но только несколько изменилось.
Каждый военный труд тяжел, но труд подводников, особенно на «малютках», таков, что я бы, кажется, не согласился променять на один поход «малютки» десять самых опасных полётов.