Попросите меня назвать пример капитал-шоу, я в ту же секунду отвечу — «Поле чудес» с автомобилем. И любой из вас, потому что это часть нашего национального достояния, это наше наследие. Это шоу в эфире уже 26 лет. Оно сейчас меняется, там до сих пор что-то происходит, типа новый сектор на барабане. Я против — зачем улучшать совершенство? Но что-то осталось прежним — остались прежние зрители, там зрители из 90-го года. Они сидят там четверть века. Они не знают, что за стеной больше нет СССР. Исходя из того, что они каждый раз смеются, когда ведущий спрашивает у четырёхлетнего мальчика: «Вы где работаете, учитесь?». Они каждый раз смеются, я делаю вывод, что они попали в какую-то временную ловушку, они думают, что они на одном шоу. Там мужика я вижу в бежевом свитере, он вернется домой после всего этого, скажет: «Жена, отлично сходил, Якубович молодец!», а жена ответит: «Сережа, тебя не было 20 лет. Я за это время умерла».
— Эх... Хэйвен гораздо дальше, чем я предполагала. — Руби, как долго, по-твоему, должно было продлиться это путешествие? — Не знаю. Я выросла на небольшом острове, и никогда ещё так далеко не уходила. — Допустим. Но всё же... как долго? — Может быть, недели две? — Сколько?! — Ладно-ладно! Три или типа того!..
Эту х***ю делали 7 лет, и у них была туча миллионов долларов и штат людей, которые занимались разработкой игры. Ты прикинь, б**ть, 7 лет, мужик! За 7 лет можно, б**ть, ребёнка заделать и он в школу пойдёт.
Он опаздывал потому, что ему страшно нравился двадцатый век. Он был намного лучше века семнадцатого, и неизмеримо лучше четырнадцатого. Чем хорошо Время, любил говорить Кроули, так это тем, что оно медленно, но неуклонно уносит его все дальше и дальше от четырнадцатого века, самого наискучнейшего столетия во всей истории Божьего, извините за выражение, мира.