56 цитат персонажа «Анна (Anna)» для размышлений

Ниже 56 цитат персонажа «Анна (Anna)»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Вся трудность этой работы в том, что каждый квадратик сделан отдельными людьми. Поэтому я должна соединить все эти разные квадраты, чтобы получилась гармоничная... картина.

   Вся трудность этой работы в том, что каждый квадратик сделан отдельными людьми. Поэтому я должна соединить все эти разные квадраты, чтобы получилась гармоничная... картина.

   — Лоскутное одеяло (How to Make an American Quilt) · фильм
2. «

   Когда все пойдут против тебя, тебе надо будет только обернуться – и я буду позади… Вместе с тобой. Когда наступит время, мы уничтожим всех, кто станет у нас на пути. – Ее глаза, полные непроглядной черноты, жадно смотрели на парня. – Как только придет время…

   Когда все пойдут против тебя, тебе надо будет только обернуться – и я буду позади… Вместе с тобой. Когда наступит время, мы уничтожим всех, кто станет у нас на пути. – Ее глаза, полные непроглядной черноты, жадно смотрели на парня. – Как только придет время…

   — Редгрейн Лебовски · книга
3. «

   — Да, подруга, ты темная лошадка. Как будто знала про бурю! Хотя Адам сказал, что сильно обидел тебя вчера и поэтому ты сорвалась к полю. — Ты говорила с ним? — Он заходил к моему мужу. По тревоге всех собирали. Я ведь планировала сегодня семейный день провести. Не тут-то было! Так обидел, да, Эмбер? Он так надрался вчера... Что-то у вас не клеится, ребятки? У меня оставалось все меньше времени, да и ушей тут немало. Закусив губу, я сдала себя с потрохами, Анна увидела сомнения. — Адам классный парень. Как бы там ни было, время все расставит по местам. Ладно, беги. Будь готова к гостям, наверняка с тобой свяжутся. А мы поболтаем позже, да? — Если нас раньше не отправят в Пустошь...

   — Да, подруга, ты темная лошадка. Как будто знала про бурю! Хотя Адам сказал, что сильно обидел тебя вчера и поэтому ты сорвалась к полю. — Ты говорила с ним? — Он заходил к моему мужу. По тревоге всех собирали. Я ведь планировала сегодня семейный день провести. Не тут-то было! Так обидел, да, Эмбер? Он так надрался вчера... Что-то у вас не клеится, ребятки? У меня оставалось все меньше времени, да и ушей тут немало. Закусив губу, я сдала себя с потрохами, Анна увидела сомнения. — Адам классный парень. Как бы там ни было, время все расставит по местам. Ладно, беги. Будь готова к гостям, наверняка с тобой свяжутся. А мы поболтаем позже, да? — Если нас раньше не отправят в Пустошь...

   — Анна (Anna)
4. «

   Жизнь продолжается, она не течет сквозь пальцы, но то, что было вчера, необязательно будет завтра. Друзья перестают общаться, пары, которых считали идеальными, распадаются, чьи-то дела и жизни уходят в небытие. В этом нет трагедии. Жизнь продолжается, нужно продолжать жить. Когда-нибудь она закончится для каждого — человека, любви, вещи. Но это не будет означать, что их не было. Если ты помнишь такое небо, которое сейчас над Испанией, значит как минимум это момент счастья. И то, насколько долго проживет любовь, зависит и от того, насколько хорошо ты помнишь эти моменты.

   Жизнь продолжается, она не течет сквозь пальцы, но то, что было вчера, необязательно будет завтра. Друзья перестают общаться, пары, которых считали идеальными, распадаются, чьи-то дела и жизни уходят в небытие. В этом нет трагедии. Жизнь продолжается, нужно продолжать жить. Когда-нибудь она закончится для каждого — человека, любви, вещи. Но это не будет означать, что их не было. Если ты помнишь такое небо, которое сейчас над Испанией, значит как минимум это момент счастья. И то, насколько долго проживет любовь, зависит и от того, насколько хорошо ты помнишь эти моменты.

   — Кристина Хуцишвили · книга
5. «

   Числа мистера Бога, подлинно божественная игра, представляли собой великое нескончаемое чудо. Что же до этих шуточек с наполнявшимися ванными, то это все были игры Старого Ника, не иначе!

   Числа мистера Бога, подлинно божественная игра, представляли собой великое нескончаемое чудо. Что же до этих шуточек с наполнявшимися ванными, то это все были игры Старого Ника, не иначе!

   — Финн · книга
6. «

   — Демиурги — это ведь создатели мира, да? — продолжала щебетать Нюта. — Мне кажется, что каждый автор по-своему Творец… Особенно автор, который написал что-то такое, что затронуло души многих людей. Только представь: каждый раз, читая, человек как будто переносится в новую Вселенную! Автор вкладывает в произведение свои мысли, душу, фантазии, а читатель насыщает книгу своими чувствами при прочтении, он оживляет героев в своём сознании, ассоциируется с ними!

   — Демиурги — это ведь создатели мира, да? — продолжала щебетать Нюта. — Мне кажется, что каждый автор по-своему Творец… Особенно автор, который написал что-то такое, что затронуло души многих людей. Только представь: каждый раз, читая, человек как будто переносится в новую Вселенную! Автор вкладывает в произведение свои мысли, душу, фантазии, а читатель насыщает книгу своими чувствами при прочтении, он оживляет героев в своём сознании, ассоциируется с ними!
7. «

   Понимаешь, Финн, люди могу любить снаружи и целовать тоже снаружи, а мистер Бог умеет любить тебя внутри и целовать внутри, так что это совсем другое. Мистер Бог не такой, как мы; мы немножко похожи на мистера Бога, но не слишком сильно.

   Понимаешь, Финн, люди могу любить снаружи и целовать тоже снаружи, а мистер Бог умеет любить тебя внутри и целовать внутри, так что это совсем другое. Мистер Бог не такой, как мы; мы немножко похожи на мистера Бога, но не слишком сильно.

   — Финн · книга
8. «

   ...такое иногда случается. Люди, с которыми вас связывает общее прошлое, не отпускают вас, и, как бы человек ни старался, он не может освободиться от этой зависимости и стать по-настоящему свободным. И через какое-то время может перестать сопротивляться.

   ...такое иногда случается. Люди, с которыми вас связывает общее прошлое, не отпускают вас, и, как бы человек ни старался, он не может освободиться от этой зависимости и стать по-настоящему свободным. И через какое-то время может перестать сопротивляться.

   — Пола Хокинс · книга
9. «

   Я шантажировала сексом с другими мужчинами. В тот момент я готова была на панель пойти, лишь бы причинить ему неудобство.

   Я шантажировала сексом с другими мужчинами. В тот момент я готова была на панель пойти, лишь бы причинить ему неудобство.

   — Кристина Хуцишвили · книга
10. «

    — При первой встрече она мне врезала. Если это не знак, то я не знаю. — А ты в отместку подвесил меня на дереве. Прекрасный принц, как же. — Да, он — Прекрасный принц, а ты — Белоснежка. Так знакомиться ужасно, но и романтично. Вспомните себя, возможно, вы тогда сумеете преодолеть темные чары. — Кто-нибудь дайте отравленное яблоко, чтобы не мучиться. — О, и мне, и мне.

    — При первой встрече она мне врезала. Если это не знак, то я не знаю. — А ты в отместку подвесил меня на дереве. Прекрасный принц, как же. — Да, он — Прекрасный принц, а ты — Белоснежка. Так знакомиться ужасно, но и романтично. Вспомните себя, возможно, вы тогда сумеете преодолеть темные чары. — Кто-нибудь дайте отравленное яблоко, чтобы не мучиться. — О, и мне, и мне.

    — Прекрасный Принц / Дэвид Нолан · сериал
11. «

    Я могу быть нежной, сладкой, неприступной, порочной, беспощадной, жестокой, колкой на язык и смертельной для врага, но при этом я всегда настоящая.

    Я могу быть нежной, сладкой, неприступной, порочной, беспощадной, жестокой, колкой на язык и смертельной для врага, но при этом я всегда настоящая.

    — Юлия Шилова · книга
12. «

    — Прошлое прошло. Это аксиома. И его не изменишь. — Прошлое определяет настоящее.

    — Прошлое прошло. Это аксиома. И его не изменишь. — Прошлое определяет настоящее.

    — Гийом Мюссо · книга
13. «

    Моя душа — это струны гитары, которой касаются его пальцы. Не будут они их трогать, и она замолчит. Я впала в неизлечимую зависимость от его голоса — не буду его слышать и умру от ломки.

    Моя душа — это струны гитары, которой касаются его пальцы. Не будут они их трогать, и она замолчит. Я впала в неизлечимую зависимость от его голоса — не буду его слышать и умру от ломки.

    — Наталья Калинина · книга
14. «

    — Финн, та книга про четыре измерения.. — Да, и чего она? — Я знаю, где теперь цифра четыре; она живёт у меня внутри.

    — Финн, та книга про четыре измерения.. — Да, и чего она? — Я знаю, где теперь цифра четыре; она живёт у меня внутри.

    — Финн · книга
15. «

    ... Попробуй полюбить меня всякую — некрасивую, крикливую и плачущую, какой я становлюсь, когда брожу по темным закоулкам памяти, где как попало свалены накрытые черной материей ящики плохих мыслей и гадких поступков, грубо сколоченные, с острыми углами, и я натыкаюсь на них, расшибаю себе лоб и пальцы на ногах и ругаюсь сквозь зубы... Ты думаешь, я хорошая, а на самом деле разная: злая, несправедливая, несчастная. Легко любить красивых, а вот если такую? Узнай, каково это — волочить по ступенькам обмякшее тело и не находя опоры, когда я то цепляюсь за твою руку, чтобы не упасть, то отпихиваю тебя и сползаю по стене. Нужна ли я тебе такая?...

    ... Попробуй полюбить меня всякую — некрасивую, крикливую и плачущую, какой я становлюсь, когда брожу по темным закоулкам памяти, где как попало свалены накрытые черной материей ящики плохих мыслей и гадких поступков, грубо сколоченные, с острыми углами, и я натыкаюсь на них, расшибаю себе лоб и пальцы на ногах и ругаюсь сквозь зубы... Ты думаешь, я хорошая, а на самом деле разная: злая, несправедливая, несчастная. Легко любить красивых, а вот если такую? Узнай, каково это — волочить по ступенькам обмякшее тело и не находя опоры, когда я то цепляюсь за твою руку, чтобы не упасть, то отпихиваю тебя и сползаю по стене. Нужна ли я тебе такая?...

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    Это система уж такая, что каждый частный случай препарируется, обкатывается и преподносится вам в таком виде, в каком системе угодно его сохранить и в умах и в истории.

    Это система уж такая, что каждый частный случай препарируется, обкатывается и преподносится вам в таком виде, в каком системе угодно его сохранить и в умах и в истории.

    — Юлия Вознесенская · книга
17. «

    — А у тебя что кончилось? — спросил он. — Любовь у меня кончилась, а я пытаюсь понять почему... — сказала она тихо, подворачивая слишком длинные рукава мужской рубашки, и сама удивилась своей откровенности. — Любовь? Это какая, когда держатся за руки? Нельзя всю жизнь держаться за руки, потому что рано или поздно руки затекут. Такая любовь всегда кончается, — сказал он, спрыгивая на песок. — Когда-нибудь да кончится. По-другому не бывает, иначе мы все поумирали бы. Но важнее любви то, что остается после нее.

    — А у тебя что кончилось? — спросил он. — Любовь у меня кончилась, а я пытаюсь понять почему... — сказала она тихо, подворачивая слишком длинные рукава мужской рубашки, и сама удивилась своей откровенности. — Любовь? Это какая, когда держатся за руки? Нельзя всю жизнь держаться за руки, потому что рано или поздно руки затекут. Такая любовь всегда кончается, — сказал он, спрыгивая на песок. — Когда-нибудь да кончится. По-другому не бывает, иначе мы все поумирали бы. Но важнее любви то, что остается после нее.

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    Правда! Правда! Ты только и знаешь, что твердишь слово «правда»; а ты уверен, что сможешь ее выдержать?!

    Правда! Правда! Ты только и знаешь, что твердишь слово «правда»; а ты уверен, что сможешь ее выдержать?!

    — Гийом Мюссо · книга
19. «

    — Зачем ты пала? Почему захотела быть одной из нас? — Ты это не всерьез. — Нет? Куча жалких ублюдков, растерянных, испуганных, только и мыслей — пожрать да в сортир. — Не знаю. Есть ещё преданность, умение прощать, любовь. — Боль. — Шоколадный торт. — Чувство вины. — Секс. — Да, тут твоя взяла.

    — Зачем ты пала? Почему захотела быть одной из нас? — Ты это не всерьез. — Нет? Куча жалких ублюдков, растерянных, испуганных, только и мыслей — пожрать да в сортир. — Не знаю. Есть ещё преданность, умение прощать, любовь. — Боль. — Шоколадный торт. — Чувство вины. — Секс. — Да, тут твоя взяла.

    — Дин Винчестер · сериал
20. «

    О Боге я никогда не сожалела: он отнимал у меня землю.

    О Боге я никогда не сожалела: он отнимал у меня землю.

    — Симона де Бовуар · книга