90 цитат персонажа «Анна (Anna)» — от иронии до философии

Ниже 90 цитат персонажа «Анна (Anna)»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Без тебя нет жизни. — Не спеши. Мне надо привыкнуть. Я так часто говорила с тобой в мыслях! Как же странно говорить с тобой на самом деле... Мне нужно время, Немо. В 15 лет, когда мы расстались, я поклялась, что никого не полюблю. Ни к кому не привяжусь. Нигде не осяду. Ничего не возьму для себя. Я решила, что буду только притворяться живой. Этого момента я ждала всю свою жизнь. Отказывалась от других жизней ради одной-единственной жизни с тобой. Но я отвыкла, ты понимаешь? От любви. Я боюсь опять тебя потерять. Боюсь снова начать жить без тебя. Я в ужасе от этой мысли. Нам нужно время.

   — Без тебя нет жизни. — Не спеши. Мне надо привыкнуть. Я так часто говорила с тобой в мыслях! Как же странно говорить с тобой на самом деле... Мне нужно время, Немо. В 15 лет, когда мы расстались, я поклялась, что никого не полюблю. Ни к кому не привяжусь. Нигде не осяду. Ничего не возьму для себя. Я решила, что буду только притворяться живой. Этого момента я ждала всю свою жизнь. Отказывалась от других жизней ради одной-единственной жизни с тобой. Но я отвыкла, ты понимаешь? От любви. Я боюсь опять тебя потерять. Боюсь снова начать жить без тебя. Я в ужасе от этой мысли. Нам нужно время.

   — Господин Никто (Mr. Nobody) · фильм
2. «

   — Прошлое прошло. Это аксиома. И его не изменишь. — Прошлое определяет настоящее.

   — Прошлое прошло. Это аксиома. И его не изменишь. — Прошлое определяет настоящее.

   — Гийом Мюссо · книга
3. «

   13 лет. Я всегда старательно подвожу глаза. Густо и внушительно. Крашу ногти темно-синим или черным лаком. Мне хочется туда, где жизнь. Самое страшное — не состояться. Прожить свою жизнь кое-как.

   13 лет. Я всегда старательно подвожу глаза. Густо и внушительно. Крашу ногти темно-синим или черным лаком. Мне хочется туда, где жизнь. Самое страшное — не состояться. Прожить свою жизнь кое-как.

   — Кристина Хуцишвили · книга
4. «

   — Минуточку. Бог или есть, или Его нет. — Для кого-то есть, для кого-то нет. В зависимости от категории, к которой относится человек. — И много их, этих категорий? — Всего две. Есть люди, которым хочется всё понимать. И есть люди, которым понимать не хочется, а хочется верить. Верить можно лишь в то, что понять невозможно. Понимать можно лишь то, что не требует веры. — Я, очевидно, принадлежу к первой категории. Стало быть, мне Бог не нужен? — уточнила Анна. — Стало быть, так.

   — Минуточку. Бог или есть, или Его нет. — Для кого-то есть, для кого-то нет. В зависимости от категории, к которой относится человек. — И много их, этих категорий? — Всего две. Есть люди, которым хочется всё понимать. И есть люди, которым понимать не хочется, а хочется верить. Верить можно лишь в то, что понять невозможно. Понимать можно лишь то, что не требует веры. — Я, очевидно, принадлежу к первой категории. Стало быть, мне Бог не нужен? — уточнила Анна. — Стало быть, так.

   — Анна Борисова (писатель) · книга
5. «

   – Ты теперь на зайчика похож, – сказала я ему. – Кто такой? – спросил он подозрительно. – Зайчик-то? Ну, серенький такой, с ушами. – Не кусается? – Нет. – Тогда ладно. Буду похож.

   – Ты теперь на зайчика похож, – сказала я ему. – Кто такой? – спросил он подозрительно. – Зайчик-то? Ну, серенький такой, с ушами. – Не кусается? – Нет. – Тогда ладно. Буду похож.

   — Юлия Вознесенская · книга
6. «

   — А у тебя что кончилось? — спросил он. — Любовь у меня кончилась, а я пытаюсь понять почему... — сказала она тихо, подворачивая слишком длинные рукава мужской рубашки, и сама удивилась своей откровенности. — Любовь? Это какая, когда держатся за руки? Нельзя всю жизнь держаться за руки, потому что рано или поздно руки затекут. Такая любовь всегда кончается, — сказал он, спрыгивая на песок. — Когда-нибудь да кончится. По-другому не бывает, иначе мы все поумирали бы. Но важнее любви то, что остается после нее.

   — А у тебя что кончилось? — спросил он. — Любовь у меня кончилась, а я пытаюсь понять почему... — сказала она тихо, подворачивая слишком длинные рукава мужской рубашки, и сама удивилась своей откровенности. — Любовь? Это какая, когда держатся за руки? Нельзя всю жизнь держаться за руки, потому что рано или поздно руки затекут. Такая любовь всегда кончается, — сказал он, спрыгивая на песок. — Когда-нибудь да кончится. По-другому не бывает, иначе мы все поумирали бы. Но важнее любви то, что остается после нее.

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   Если у человека есть ребёнок, то он — его слабое место, заставляющее действовать с оглядкой.

   Если у человека есть ребёнок, то он — его слабое место, заставляющее действовать с оглядкой.

   — Пола Хокинс · книга
8. «

   Если бы вы только знали, как мужчины бывают вульгарны, отвратительны и скучны, пытаясь ухаживать за женщиной, когда ей этого не хочется!

   Если бы вы только знали, как мужчины бывают вульгарны, отвратительны и скучны, пытаясь ухаживать за женщиной, когда ей этого не хочется!

   — Олдос Хаксли · книга
9. «

   Анна (печально). — Что тебя может вернуть к жизни? Может быть, эта твоя Амнерис — жена?

   Анна (печально). — Что тебя может вернуть к жизни? Может быть, эта твоя Амнерис — жена?

   — Михаил Булгаков · книга
10. «

    — Демиурги — это ведь создатели мира, да? — продолжала щебетать Нюта. — Мне кажется, что каждый автор по-своему Творец… Особенно автор, который написал что-то такое, что затронуло души многих людей. Только представь: каждый раз, читая, человек как будто переносится в новую Вселенную! Автор вкладывает в произведение свои мысли, душу, фантазии, а читатель насыщает книгу своими чувствами при прочтении, он оживляет героев в своём сознании, ассоциируется с ними!

    — Демиурги — это ведь создатели мира, да? — продолжала щебетать Нюта. — Мне кажется, что каждый автор по-своему Творец… Особенно автор, который написал что-то такое, что затронуло души многих людей. Только представь: каждый раз, читая, человек как будто переносится в новую Вселенную! Автор вкладывает в произведение свои мысли, душу, фантазии, а читатель насыщает книгу своими чувствами при прочтении, он оживляет героев в своём сознании, ассоциируется с ними!
11. «

    — У вас живое воображение, — сказала Анна. — Неужели вид грязного вагона возбуждает в вас все эти мысли? — Что вы, конечно, нет, — сказал я. — Я просто пытаюсь быть приятным собеседником. На самом деле я думаю о другом.

    — У вас живое воображение, — сказала Анна. — Неужели вид грязного вагона возбуждает в вас все эти мысли? — Что вы, конечно, нет, — сказал я. — Я просто пытаюсь быть приятным собеседником. На самом деле я думаю о другом.

    — Виктор Пелевин · книга
12. «

    Тебе только и заботы, как прожить спокойнее и незаметнее. Куда люди, туда и ты! Все кричали: «Фюрер приказал, его воля — закон!» И ты как баран побежал за другими.

    Тебе только и заботы, как прожить спокойнее и незаметнее. Куда люди, туда и ты! Все кричали: «Фюрер приказал, его воля — закон!» И ты как баран побежал за другими.

    — Ганс Фаллада · книга
13. «

    — Зачем ты пала? Почему захотела быть одной из нас? — Ты это не всерьез. — Нет? Куча жалких ублюдков, растерянных, испуганных, только и мыслей — пожрать да в сортир. — Не знаю. Есть ещё преданность, умение прощать, любовь. — Боль. — Шоколадный торт. — Чувство вины. — Секс. — Да, тут твоя взяла.

    — Зачем ты пала? Почему захотела быть одной из нас? — Ты это не всерьез. — Нет? Куча жалких ублюдков, растерянных, испуганных, только и мыслей — пожрать да в сортир. — Не знаю. Есть ещё преданность, умение прощать, любовь. — Боль. — Шоколадный торт. — Чувство вины. — Секс. — Да, тут твоя взяла.

    — Дин Винчестер · сериал
14. «

    Как по мне, так зима в сто раз теплее сердца этой женщины.

    Как по мне, так зима в сто раз теплее сердца этой женщины.

    — Стюарт Тёртон · книга
15. «

    — Финн, та книга про четыре измерения.. — Да, и чего она? — Я знаю, где теперь цифра четыре; она живёт у меня внутри.

    — Финн, та книга про четыре измерения.. — Да, и чего она? — Я знаю, где теперь цифра четыре; она живёт у меня внутри.

    — Финн · книга
16. «

    Понимаешь, Финн, люди могу любить снаружи и целовать тоже снаружи, а мистер Бог умеет любить тебя внутри и целовать внутри, так что это совсем другое. Мистер Бог не такой, как мы; мы немножко похожи на мистера Бога, но не слишком сильно.

    Понимаешь, Финн, люди могу любить снаружи и целовать тоже снаружи, а мистер Бог умеет любить тебя внутри и целовать внутри, так что это совсем другое. Мистер Бог не такой, как мы; мы немножко похожи на мистера Бога, но не слишком сильно.

    — Финн · книга
17. «

    Нет ничего больнее и разрушительнее подозрения.

    Нет ничего больнее и разрушительнее подозрения.

    — Пола Хокинс · книга
18. «

    Любовь нельзя ни искусственно вызвать, ни развить, ни убедительно изобразить. Она возникает по воле судьбы, а не по воле разума…

    Любовь нельзя ни искусственно вызвать, ни развить, ни убедительно изобразить. Она возникает по воле судьбы, а не по воле разума…

    — Януш Леон Вишневский · книга
19. «

    Слышите? Кто-то плачет. Разве вы не слышите? Всё время кто-то плачет.

    Слышите? Кто-то плачет. Разве вы не слышите? Всё время кто-то плачет.

    — Шёпоты и крики (Viskningar och rop) · фильм
20. «

    Я шантажировала сексом с другими мужчинами. В тот момент я готова была на панель пойти, лишь бы причинить ему неудобство.

    Я шантажировала сексом с другими мужчинами. В тот момент я готова была на панель пойти, лишь бы причинить ему неудобство.

    — Кристина Хуцишвили · книга