— Радж, ты в порядке? — Ты дома? — Уходите! — Брось, дружище. Открой нам дверь. — Мы же волнуемся за тебя. — Можно подумать, что если я перестал ходить на работу и отвечать на звонки, то со мной обязательно что-то должно было случиться?! Может, у меня произошло что-то хорошее?! — А произошло что-нибудь хорошее? — Конечно, нет! Со мной ничего никогда хорошего не происходит!
— Мы можем поехать в Вегас и пожениться там. — Неет, это как-то вульгарно. — Да ладно! У меня куча знакомых поженились в Вегасе. — И многие из них остались в браке? — Даа!... Только с другими людьми.
— А почему вы никогда не снимали квартиру втроем? — Мы обсуждали такую возможность, но Говард состоял в весьма близких отношениях со своей мамой. — Я жил с ней из соображений экономии. — Конечно, зачем покупать жратву, если тебя грудью кормят.
— А может все-таки останешься? — Я бы с удовольствием, но ты же знаешь, утром маман нужна моя помощь. — Делов-то. Сама что ли парик напялить не сможет? — Дело не только в парике. Еще волосы заколоть, брови нарисовать — там работы на двоих.
— Возможно, во мне сейчас говорит зелье, но ты просто очуетительный «мастер подземелья». — Правда? Ну что ж, когда придем домой, я тебе еще и не такой квест устрою. — Еще один квест с Воловицем?! Я с вами. — Шелдон, они говорят о сексе. — А... Ну тогда я пас.
— Говорю же вам, с ним что-то не так. Я всегда чувствую, если с Раджем что-то не так. — Боже, насколько вы близки были до того, как мы поженились? — Тебе лучше не знать.
— Не знаю, я не умею врать. В католической школе такое выбивают в прямом смысле этого слова!.. — Не волнуйся, я тебя научу. Я почти два года успела провести с бойскаутами, пока они не догадались, что я девчонка...
— Я переживаю не из-за денег или формы предприятия, а из-за того, как ты ко мне относишься. — Ну, мне кажется, что я хорошо к тебе отношусь. Поэтому в контракте я и указал, что твой вклад в изобретение равен моему. — А, то есть так-то ты не считаешь, что его вклад равен твоему. — Нет, сейчас я не так говорю, так я говорил утром. Но потом Леонард сказал мне не говорить так. — И вот так всегда, когда мы работаем вместе! — Так, секундочку, а что если Шелдону придется относиться к тебе уважительно? — А что, у Шелдона сзади на шее есть кнопка, о которой мы не знали? — Нет, но мы сможем добавить в контракт пункт о том, что он не сможет издеваться над Говардом. — А что будет гарантировать исполнение? — Все условия контракта гарантирует моя подпись и внутренний кодекс чести. — И его обсессивно-компульсивное расстройство. — И это тоже.
— Поверить не могу! Я прогуливаю работу ради Диснейленда! — А что ты сказала начальнику? — Я всё продумала и сделала поэтапно. Вчера в 7 вечера я сообщила о проблеме в лаборатории и как бы невзначай обмолвилась, что собираюсь поужинать морепродуктами. В 21:30 я позвонила ему и сказала, что гребешки какие-то странные на вкус. А в полдвенадцатого ночи я позвонила и сообщила, что из меня льет как из пожарного шланга. Без пятнадцати час я набрала его снова и издавала лишь звуки рвотных позывов. И вот я еду в Диснейленд! — Пенни, а как ты отпросилась? — У нас в кафешке достаточно сказать «Бывайте, ребят»...