Подборка персонажа: 19 цитат — «Брендан Прескотт»

Собрали 19 цитат персонажа «Брендан Прескотт» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Нам полагается быть врагами, но время требует от нас иного.

   Нам полагается быть врагами, но время требует от нас иного.

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
2. «

   — И вообще, нечестно допрашивать того, на ком нет одежды. — Только сейчас об этом подумал? — рассмеялась она. — Мы беседуем битых полчаса.

   — И вообще, нечестно допрашивать того, на ком нет одежды. — Только сейчас об этом подумал? — рассмеялась она. — Мы беседуем битых полчаса.

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
3. «

   Нужно нащупать свой собственный путь в новом мире, где мне предстояло поселится.

   Нужно нащупать свой собственный путь в новом мире, где мне предстояло поселится.

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
4. «

   Я вдруг понял, как далеко от дома оказался. Там, дома, никому не было дела до чужих молитв. Здесь же из-за религии легко было лишиться головы.

   Я вдруг понял, как далеко от дома оказался. Там, дома, никому не было дела до чужих молитв. Здесь же из-за религии легко было лишиться головы.

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
5. «

   Аппетита не было — да и появится ли он теперь? Тем не менее я заставил себя поесть досыта. Организм, в конце концов, не виноват в моем душевном смятении.

   Аппетита не было — да и появится ли он теперь? Тем не менее я заставил себя поесть досыта. Организм, в конце концов, не виноват в моем душевном смятении.

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
6. «

   Если бы у интриг имелся запах, Уайтхолл пропитался бы им насквозь.

   Если бы у интриг имелся запах, Уайтхолл пропитался бы им насквозь.

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
7. «

   Из зеркала на меня взирал незнакомец — и отныне этим незнакомцем был я сам. Но теперь я знаю, кто он, и смогу управлять им.

   Из зеркала на меня взирал незнакомец — и отныне этим незнакомцем был я сам. Но теперь я знаю, кто он, и смогу управлять им.

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
8. «

   Ее любовь давала надежное убежище от смятения этих дней, от придворного лукавства и от моей тайны.

   Ее любовь давала надежное убежище от смятения этих дней, от придворного лукавства и от моей тайны.

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
9. «

   Вы чудовище. Вы когда-нибудь задумывались, к чему ведут ваши грандиозные планы? У нее будет корона на голове и сломанная судьба. А Джейн Грей? Она никогда не хотела это короны — теперь ей, быть может, придется отдать за нее жизнь!

   Вы чудовище. Вы когда-нибудь задумывались, к чему ведут ваши грандиозные планы? У нее будет корона на голове и сломанная судьба. А Джейн Грей? Она никогда не хотела это короны — теперь ей, быть может, придется отдать за нее жизнь!

   — Кристофер Уильям Гортнер · книга
10. «

    Гилфорд жил при дворе уже более трех лет и, скорее всего, занимался чем-то помимо пьянства. Однако заблудится мы ухитрились в несколько секунд. Я так и представил, как спустя столетия в какой-нибудь галерее Уайтхолла, отыщут наши два скелета. Причем мои пальцы будут сомкнуты на горле Гилфорда.

    Гилфорд жил при дворе уже более трех лет и, скорее всего, занимался чем-то помимо пьянства. Однако заблудится мы ухитрились в несколько секунд. Я так и представил, как спустя столетия в какой-нибудь галерее Уайтхолла, отыщут наши два скелета. Причем мои пальцы будут сомкнуты на горле Гилфорда.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
11. «

    Туман окутывал Темзу зыбким прозрачным покрывалом. День обещал быть жарким. Вдали, похожий на сказочного зверя, в лучах утреннего солнца маячил Лондон.

    Туман окутывал Темзу зыбким прозрачным покрывалом. День обещал быть жарким. Вдали, похожий на сказочного зверя, в лучах утреннего солнца маячил Лондон.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
12. «

    Лондон — место, где все началось. Каких-то одиннадцать дней назад наивный юноша Брендан Прескотт с благоговением взирал на этот город и мечтал обрести там счастье. И что же? Я всю жизнь жаждал узнать правду о том, кто я и откуда появился. А теперь все бы отдал за то, чтобы повернуть время вспять и оказаться обычным слугой. И никогда не принадлежать этому миру, где дам королевской крови предают забвению и порицанию, а королей придворные приносят на алтарь собственной алчности. В Лондоне меня ждут ответы на новые вопросы, но принесут ли они облегчение?

    Лондон — место, где все началось. Каких-то одиннадцать дней назад наивный юноша Брендан Прескотт с благоговением взирал на этот город и мечтал обрести там счастье. И что же? Я всю жизнь жаждал узнать правду о том, кто я и откуда появился. А теперь все бы отдал за то, чтобы повернуть время вспять и оказаться обычным слугой. И никогда не принадлежать этому миру, где дам королевской крови предают забвению и порицанию, а королей придворные приносят на алтарь собственной алчности. В Лондоне меня ждут ответы на новые вопросы, но принесут ли они облегчение?

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
13. «

    В жизни каждого бывают поворотные моменты, которые придают смысл всему существованию, если хватает мудрости распознать их. С течением времени их становится больше, словно нанизанных на нить жемчужин, — они и составляют суть нашей жизни, а воспоминания о них дарят нам утешения в час, когда конец близок.

    В жизни каждого бывают поворотные моменты, которые придают смысл всему существованию, если хватает мудрости распознать их. С течением времени их становится больше, словно нанизанных на нить жемчужин, — они и составляют суть нашей жизни, а воспоминания о них дарят нам утешения в час, когда конец близок.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
14. «

    Я должен узнать всю правду. Мне предстояло понять и принять нечто необъятное и важное. Я в долгу перед самим собой — хотя бы за те бесконечные детские попытки понять, кто я. И я в долгу перед женщиной, что спасла мне жизнь, — мистрис Элис.

    Я должен узнать всю правду. Мне предстояло понять и принять нечто необъятное и важное. Я в долгу перед самим собой — хотя бы за те бесконечные детские попытки понять, кто я. И я в долгу перед женщиной, что спасла мне жизнь, — мистрис Элис.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
15. «

    Ограничиваем наш разум только мы сами.

    Ограничиваем наш разум только мы сами.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
16. «

    Оруженосец Прескотт достиг неминуемого перекрестка, на котором рано или поздно оказывается каждый мужчина, — настал решающий момент, счастливо распознав который мы делаем выбор, определяющий всю нашу жизнь.

    Оруженосец Прескотт достиг неминуемого перекрестка, на котором рано или поздно оказывается каждый мужчина, — настал решающий момент, счастливо распознав который мы делаем выбор, определяющий всю нашу жизнь.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
17. «

    Любить Елизавету Тюдор означает всегда хотеть большего, чем возможно получить. Вечно пребывать между раем и адом, тоскуя о недостижимом. И в этом смысле мне было жаль Роберта Дадли. Образ Елизаветы, запечатленный в его сердце, манил его в рай, но цепями плоти он был прикован к вратам ада.

    Любить Елизавету Тюдор означает всегда хотеть большего, чем возможно получить. Вечно пребывать между раем и адом, тоскуя о недостижимом. И в этом смысле мне было жаль Роберта Дадли. Образ Елизаветы, запечатленный в его сердце, манил его в рай, но цепями плоти он был прикован к вратам ада.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
18. «

    Фортуне не занимать чувства юмора: я и был тем, кому поначалу не везло, — и на тебе! Со всеми вытекающими последствиями.

    Фортуне не занимать чувства юмора: я и был тем, кому поначалу не везло, — и на тебе! Со всеми вытекающими последствиями.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
19. «

    Двуличие при дворе — что-то вроде заразной болезни.

    Двуличие при дворе — что-то вроде заразной болезни.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга