13 цитат персонажа «Бувар» для вдохновения

Ниже 13 цитат персонажа «Бувар»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Не думаешь ли ты, что теории какого-нибудь господина могут изменить мир?

   Не думаешь ли ты, что теории какого-нибудь господина могут изменить мир?

   — Гюстав Флобер · книга
2. «

   Женщины не все одинаковы: одних нужно брать врасплох, с другими смелость пагубна.

   Женщины не все одинаковы: одних нужно брать врасплох, с другими смелость пагубна.

   — Гюстав Флобер · книга
3. «

   Моральная чувствительность бывает четырех родов, и второй ее род — «моральные желания» — делится на пять видов, среди которых находится любовь к самому себе, склонность, несомненно законная, но которой, когда она преувеличена, дается название эгоизм.

   Моральная чувствительность бывает четырех родов, и второй ее род — «моральные желания» — делится на пять видов, среди которых находится любовь к самому себе, склонность, несомненно законная, но которой, когда она преувеличена, дается название эгоизм.

   — Гюстав Флобер · книга
4. «

   Покуда природа следует рутине, о ней не размышляешь; но в необычайном явлении мы видим руку бога.

   Покуда природа следует рутине, о ней не размышляешь; но в необычайном явлении мы видим руку бога.

   — Гюстав Флобер · книга
5. «

   — Театр — это кушанье, как всякое другое. Он принадлежит к числу парижских удовольствий. Туда ходишь развлекаться. Хрошо то, что забавно. — То, что забавно тебе, меня не забавляет, а позже наскучит и другим и тебе самому. Если пьесы пишутся непременно для постановки их на сцене, то почему самые лучшие из них постоянно читаются?

   — Театр — это кушанье, как всякое другое. Он принадлежит к числу парижских удовольствий. Туда ходишь развлекаться. Хрошо то, что забавно. — То, что забавно тебе, меня не забавляет, а позже наскучит и другим и тебе самому. Если пьесы пишутся непременно для постановки их на сцене, то почему самые лучшие из них постоянно читаются?

   — Гюстав Флобер · книга
6. «

   Революция в глазах одних историков является делом сатаны. Другие ее считают величественной аномалией. Жертвы с обеих сторон, конечно, мученики.

   Революция в глазах одних историков является делом сатаны. Другие ее считают величественной аномалией. Жертвы с обеих сторон, конечно, мученики.

   — Гюстав Флобер · книга
7. «

   Мир создан струящимся и быстротечным.

   Мир создан струящимся и быстротечным.

   — Гюстав Флобер · книга
8. «

   Ничего не знаешь о человеке, покуда неизвестны его страсти.

   Ничего не знаешь о человеке, покуда неизвестны его страсти.

   — Гюстав Флобер · книга
9. «

   Я чувствую себя одновременно материей и мыслью, хотя и не знаю ничего ни о той, ни о другой.

   Я чувствую себя одновременно материей и мыслью, хотя и не знаю ничего ни о той, ни о другой.

   — Гюстав Флобер · книга
10. «

    — Истина достижима в известных пределах. — В каких? Разве дважды два не всегда четыре? Разве содержимое меньше содержащего только в известном смысле? Что значит вообще истина до известной степени, частица божества, часть неделимой вещи?

    — Истина достижима в известных пределах. — В каких? Разве дважды два не всегда четыре? Разве содержимое меньше содержащего только в известном смысле? Что значит вообще истина до известной степени, частица божества, часть неделимой вещи?

    — Гюстав Флобер · книга
11. «

    Существует, однако способ находить сюжеты. Берешь наудачу какое-нибудь заглавие, а из него вытекает фабула; разрабатываешь пословицу, соединяешь несколько происшествий в одно.

    Существует, однако способ находить сюжеты. Берешь наудачу какое-нибудь заглавие, а из него вытекает фабула; разрабатываешь пословицу, соединяешь несколько происшествий в одно.

    — Гюстав Флобер · книга
12. «

    Какая низость вечно думать о продлении своего существования! Жизнь только тогда хороша, когда наслаждаешься ею.

    Какая низость вечно думать о продлении своего существования! Жизнь только тогда хороша, когда наслаждаешься ею.

    — Гюстав Флобер · книга
13. «

    Пружины жизни сокрыты от нас, болезни чересчур многочисленны, средства сомнительны, и в книгах нельзя найти ни одного разумного определения здоровья, недуга.

    Пружины жизни сокрыты от нас, болезни чересчур многочисленны, средства сомнительны, и в книгах нельзя найти ни одного разумного определения здоровья, недуга.

    — Гюстав Флобер · книга