64 фразы персонажа «Чарли Гордон» для дневника

Ниже 64 цитаты персонажа «Чарли Гордон»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Чарли... — Просто уйди. Оставь меня одного. Я — это уже не я. Я разваливаюсь на части, и ты не нужна мне.

   — Чарли... — Просто уйди. Оставь меня одного. Я — это уже не я. Я разваливаюсь на части, и ты не нужна мне.

   — Дэниел Киз · книга
2. «

   Я искал в мерцающем выдуманном мире экрана то, что ушло от меня вместе с прежней жизнью.

   Я искал в мерцающем выдуманном мире экрана то, что ушло от меня вместе с прежней жизнью.

   — Дэниел Киз · книга
3. «

   Жизнь и работа — лучше этого человек не может иметь ничего.

   Жизнь и работа — лучше этого человек не может иметь ничего.

   — Дэниел Киз · книга
4. «

   Свободные ассоциации — все ещё слишком мучительный процесс. Очень трудно отучиться контролировать свои мысли. Распахни свой мозг и дай чему угодно вливаться в него...

   Свободные ассоциации — все ещё слишком мучительный процесс. Очень трудно отучиться контролировать свои мысли. Распахни свой мозг и дай чему угодно вливаться в него...

   — Дэниел Киз · книга
5. «

   Мне жаль ево потомушто он совсем один и у нево нет друзей. Надеюсь у нево будет друг

   Мне жаль ево потомушто он совсем один и у нево нет друзей. Надеюсь у нево будет друг

   — Дэниел Киз · книга
6. «

   Скромнику нечего делать в этом мире.

   Скромнику нечего делать в этом мире.

   — Дэниел Киз · книга
7. «

   Кто сказал, что мой свет лучше твоей тьмы?

   Кто сказал, что мой свет лучше твоей тьмы?

   — Дэниел Киз · книга
8. «

   — Я понимаю. — Ничего ты не понимаешь, потому что происходит это не с тобой. Понять могу только я сам. Ты тут ни при чем.

   — Я понимаю. — Ничего ты не понимаешь, потому что происходит это не с тобой. Понять могу только я сам. Ты тут ни при чем.

   — Дэниел Киз · книга
9. «

   В стене, отгородившей мой мозг от остального мира, появилась огромная дыра, и я вышел сквозь нее.

   В стене, отгородившей мой мозг от остального мира, появилась огромная дыра, и я вышел сквозь нее.

   — Дэниел Киз · книга
10. «

    Одиночество позволяет мне спокойно думать, читать и копаться в воспоминаниях — заново открывать мое прошлое, узнать наконец, кто я такой. Если все пойдет вкривь и вкось, пусть хотя бы прошлое останется со мной.

    Одиночество позволяет мне спокойно думать, читать и копаться в воспоминаниях — заново открывать мое прошлое, узнать наконец, кто я такой. Если все пойдет вкривь и вкось, пусть хотя бы прошлое останется со мной.

    — Дэниел Киз · книга
11. «

    Теперь я понимаю, что одновременно с движением разума вперед мельчали мои чувства к Алисе: от преклонения — к любви, к признательности и, наконец, к простой благодарности. Я цеплялся за нее из боязни потерять последнюю нить, связывающую меня с прошлым.

    Теперь я понимаю, что одновременно с движением разума вперед мельчали мои чувства к Алисе: от преклонения — к любви, к признательности и, наконец, к простой благодарности. Я цеплялся за нее из боязни потерять последнюю нить, связывающую меня с прошлым.

    — Дэниел Киз · книга
12. «

    Я шёл к ней за утешением, а она срывала на мне злобу.

    Я шёл к ней за утешением, а она срывала на мне злобу.

    — Дэниел Киз · книга
13. «

    Познание самого себя включает не только прошлое, но и будущее, не только те места, где я был, но и те, где буду.

    Познание самого себя включает не только прошлое, но и будущее, не только те места, где я был, но и те, где буду.

    — Дэниел Киз · книга
14. «

    — Ты мне очень нравишься. — Она кивнула головой и чуть-чуть улыбнулась, одними губами… — Больше чем нравишься. Я хочу сказать… Черт возьми, я не знаю, что хочу сказать!

    — Ты мне очень нравишься. — Она кивнула головой и чуть-чуть улыбнулась, одними губами… — Больше чем нравишься. Я хочу сказать… Черт возьми, я не знаю, что хочу сказать!

    — Дэниел Киз · книга
15. «

    Разве ты не видишь, что я уже привязан?! — закричал я, но, заметив, что из-за соседних столиков на нас смотрят, понизил задрожавший от гнева голос. — Я — личность, человек, мужчина, я не могу ограничивать себя книгами, кассетами и электронными лабиринтами. Вот ты сказала: «Посмотри на других женщин». А как, если я не знаю никаких других женщин? Все вокруг кричит о тебе. Я смотрю на страницу в книге и вижу на ней твое лицо — не размытое пятно из далекого прошлого, а настоящее, живое лицо. Я прикасаюсь к нему, и оно исчезает... Тогда мне хочется разорвать книгу в клочья и вышвырнуть в окно!

    Разве ты не видишь, что я уже привязан?! — закричал я, но, заметив, что из-за соседних столиков на нас смотрят, понизил задрожавший от гнева голос. — Я — личность, человек, мужчина, я не могу ограничивать себя книгами, кассетами и электронными лабиринтами. Вот ты сказала: «Посмотри на других женщин». А как, если я не знаю никаких других женщин? Все вокруг кричит о тебе. Я смотрю на страницу в книге и вижу на ней твое лицо — не размытое пятно из далекого прошлого, а настоящее, живое лицо. Я прикасаюсь к нему, и оно исчезает... Тогда мне хочется разорвать книгу в клочья и вышвырнуть в окно!

    — Дэниел Киз · книга
16. «

    Совсем недавно люди смеялись надо мной… А теперь сам присоединился к их веселому хору. И от этого больнее всего.

    Совсем недавно люди смеялись надо мной… А теперь сам присоединился к их веселому хору. И от этого больнее всего.

    — Дэниел Киз · книга
17. «

    Ум и образование, не сочетающиеся с человеческой любовью, ничего не стоят.

    Ум и образование, не сочетающиеся с человеческой любовью, ничего не стоят.

    — Дэниел Киз · книга
18. «

    Мне всеравно буду я знаменитым или нет. Я только хочю быть умным как другие и штобы у меня было много друзей которые будут меня любить.

    Мне всеравно буду я знаменитым или нет. Я только хочю быть умным как другие и штобы у меня было много друзей которые будут меня любить.

    — Дэниел Киз · книга
19. «

    Это ты. Ты коснулась моих глаз и подарила мне свет.

    Это ты. Ты коснулась моих глаз и подарила мне свет.

    — Дэниел Киз · книга
20. «

    Человек, обладающий разумом, но лишённый способности любить и быть любимым, обречён на интеллектуальную и моральную катастрофу, а может быть, и на тяжёлое психическое заболевание. Кроме того, я утверждаю, что замкнутый на себе мозг не способен дать окружающим ничего, только боль и насилие. В бытность слабоумным я имел много друзей. Теперь их у меня нет. О, я знаю множество народу, но это просто знакомые, и среди них нет почти ни одного человека, который что-нибудь значил бы для меня или кому интересен я.

    Человек, обладающий разумом, но лишённый способности любить и быть любимым, обречён на интеллектуальную и моральную катастрофу, а может быть, и на тяжёлое психическое заболевание. Кроме того, я утверждаю, что замкнутый на себе мозг не способен дать окружающим ничего, только боль и насилие. В бытность слабоумным я имел много друзей. Теперь их у меня нет. О, я знаю множество народу, но это просто знакомые, и среди них нет почти ни одного человека, который что-нибудь значил бы для меня или кому интересен я.

    — Дэниел Киз · книга