24 цитаты персонажа «Д-503»

Ниже 24 цитаты персонажа «Д-503»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Но прежде оружия мы испытываем слово.

   Но прежде оружия мы испытываем слово.

   — Евгений Замятин · книга
2. «

   Наконец она рядом, здесь — и не все ли равно, где это «здесь».

   Наконец она рядом, здесь — и не все ли равно, где это «здесь».

   — Евгений Замятин · книга
3. «

   Но мы-то знаем, что сны — это серьезная психическая болезнь.

   Но мы-то знаем, что сны — это серьезная психическая болезнь.

   — Евгений Замятин · книга
4. «

   Да, да именно! Надо всем сойти с ума — как можно скорее! Это необходимо — я знаю!

   Да, да именно! Надо всем сойти с ума — как можно скорее! Это необходимо — я знаю!

   — Евгений Замятин · книга
5. «

   И дальше сам с собою: почему красиво? Почему танец красив? Ответ: потому что это н_е_с_в_о б_о_д_н_о_е движение, потому что весь глубокий смысл танца именно в абсолютной, эстетической подчиненности, идеальной несвободе. И если верно, что наши предки отдавались танцу в самые вдохновенные моменты своей жизни (религиозные мистерии, военные парады), то это значит только одно: инстинкт несвободы издревле органически присущ человеку, и мы, в теперешней нашей жизни — только сознательно...

   И дальше сам с собою: почему красиво? Почему танец красив? Ответ: потому что это н_е_с_в_о б_о_д_н_о_е движение, потому что весь глубокий смысл танца именно в абсолютной, эстетической подчиненности, идеальной несвободе. И если верно, что наши предки отдавались танцу в самые вдохновенные моменты своей жизни (религиозные мистерии, военные парады), то это значит только одно: инстинкт несвободы издревле органически присущ человеку, и мы, в теперешней нашей жизни — только сознательно...

   — Евгений Замятин · книга
6. «

   Ну что «если бы»? Что «если бы»? Опять ее старая песня: ребенок.

   Ну что «если бы»? Что «если бы»? Опять ее старая песня: ребенок.

   — Евгений Замятин · книга
7. «

   Я — изо всех сил — улыбнулся. И почувствовал это — как какую-то трещину на лице: улыбаюсь — края трещины разлетаются все шире — и мне от этого все больнее.

   Я — изо всех сил — улыбнулся. И почувствовал это — как какую-то трещину на лице: улыбаюсь — края трещины разлетаются все шире — и мне от этого все больнее.

   — Евгений Замятин · книга
8. «

   Сквозь стекло на меня — туманно, тускло — тупая морда какого-то зверя, желтые глаза, упорно повторяющие одну и ту же непонятную мне мысль. Мы долго смотрели друг другу в глаза — в эти шахты из поверхностного мира в другой, заповерхностный. И во мне копошится: «А вдруг он, желтоглазый, — в своей нелепой, грязной куче листьев, в своей невычисленной жизни — счастливее нас?»

   Сквозь стекло на меня — туманно, тускло — тупая морда какого-то зверя, желтые глаза, упорно повторяющие одну и ту же непонятную мне мысль. Мы долго смотрели друг другу в глаза — в эти шахты из поверхностного мира в другой, заповерхностный. И во мне копошится: «А вдруг он, желтоглазый, — в своей нелепой, грязной куче листьев, в своей невычисленной жизни — счастливее нас?»

   — Евгений Замятин · книга
9. «

   Я — один. Вечер. Легкий туман. Небо задернуто молочно-золотистой тканью, если бы знать: что там выше? И если бы знать: кто — я, какой — я?

   Я — один. Вечер. Легкий туман. Небо задернуто молочно-золотистой тканью, если бы знать: что там выше? И если бы знать: кто — я, какой — я?

   — Евгений Замятин · книга
10. «

    Стены — это основа всякого человеческого...

    Стены — это основа всякого человеческого...

    — Евгений Замятин · книга
11. «

    Неужели всё это сумасшествие — любовь, ревность — не только в идиотских древних книжках? И главное — я! Уравнения, формулы, цифры — и... это — ничего не понимаю! Ничего...

    Неужели всё это сумасшествие — любовь, ревность — не только в идиотских древних книжках? И главное — я! Уравнения, формулы, цифры — и... это — ничего не понимаю! Ничего...

    — Евгений Замятин · книга
12. «

    Человек перестал быть диким животным только тогда, когда он построил первую стену. Человек перестал быть диким человеком только тогда, когда мы построили Зеленую Стену, когда мы этой Стеной изолировали свой машинный, совершенный мир – от неразумного, безобразного мира деревьев, птиц, животных…

    Человек перестал быть диким животным только тогда, когда он построил первую стену. Человек перестал быть диким человеком только тогда, когда мы построили Зеленую Стену, когда мы этой Стеной изолировали свой машинный, совершенный мир – от неразумного, безобразного мира деревьев, птиц, животных…

    — Евгений Замятин · книга
13. «

    Я уверен, что мы победим. Потому что разум должен победить.

    Я уверен, что мы победим. Потому что разум должен победить.

    — Евгений Замятин · книга
14. «

    Я заперся в себе, как в древнем непрозрачном доме — я завалил дверь камнями, я завесил окна.

    Я заперся в себе, как в древнем непрозрачном доме — я завалил дверь камнями, я завесил окна.

    — Евгений Замятин · книга
15. «

    Мне никогда уж больше не влиться в точный механический ритм, не плыть по зеркально-безмятежному морю. Мне — вечно гореть, метаться, отыскивать уголок, куда бы спрятать глаза — вечно, пока я, наконец, не найду силы и...

    Мне никогда уж больше не влиться в точный механический ритм, не плыть по зеркально-безмятежному морю. Мне — вечно гореть, метаться, отыскивать уголок, куда бы спрятать глаза — вечно, пока я, наконец, не найду силы и...

    — Евгений Замятин · книга
16. «

    <...> и математика, и смерть – никогда не ошибаются.

    <...> и математика, и смерть – никогда не ошибаются.

    — Евгений Замятин · книга
17. «

    А бессмертная трагедия «Опоздавший на работу»? А настольная книга «Стансов о половой гигиене»?

    А бессмертная трагедия «Опоздавший на работу»? А настольная книга «Стансов о половой гигиене»?

    — Евгений Замятин · книга
18. «

    Но почему же во мне рядом и «я не хочу», и «мне хочется»?

    Но почему же во мне рядом и «я не хочу», и «мне хочется»?

    — Евгений Замятин · книга
19. «

    Все женщины – губы, одни губы.

    Все женщины – губы, одни губы.

    — Евгений Замятин · книга
20. «

    Тут я на собственном опыте увидел, что смех — самое страшное оружие: смехом можно убить все — даже убийство.

    Тут я на собственном опыте увидел, что смех — самое страшное оружие: смехом можно убить все — даже убийство.

    — Евгений Замятин · книга