«Дафна» в 21 цитата

Ниже 21 цитата персонажа «Дафна»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Депрессия – крайне тяжелая вещь. И не только для того, кто ею страдает.

   Депрессия – крайне тяжелая вещь. И не только для того, кто ею страдает.

   — Джоджо Мойес · книга
2. «

   Думать плохо ни о ком нельзя, потому что всё равно ошибешься.

   Думать плохо ни о ком нельзя, потому что всё равно ошибешься.

   — Дмитрий Емец · книга
3. «

   Если сел в лужу — не признавай это и греби дальше.

   Если сел в лужу — не признавай это и греби дальше.

   — Дмитрий Емец · книга
4. «

   Душа человеческая как яблоко – с одного конца растет, с другого ссыхается. В ней все, что угодно – и пропасти, и провалы, и старые шрамы. Она и всесильна, но она же и беспомощна, и наивна, и глупа. Иногда она движется вперед, иногда откатывается.

   Душа человеческая как яблоко – с одного конца растет, с другого ссыхается. В ней все, что угодно – и пропасти, и провалы, и старые шрамы. Она и всесильна, но она же и беспомощна, и наивна, и глупа. Иногда она движется вперед, иногда откатывается.

   — Дмитрий Емец · книга
5. «

   Чтобы летать, мало тренироваться три ночи в месяц на городских крышах! Надо быть легким, веселым, радостным, любящим! Именно любящим всё и всех. Ты же набила себе карманы лёгкими обидками, раздражением, подозрениями всякими. Где тут летать? Тебе бы под землю с ушами не нырнуть — и то хорошо!

   Чтобы летать, мало тренироваться три ночи в месяц на городских крышах! Надо быть легким, веселым, радостным, любящим! Именно любящим всё и всех. Ты же набила себе карманы лёгкими обидками, раздражением, подозрениями всякими. Где тут летать? Тебе бы под землю с ушами не нырнуть — и то хорошо!

   — Дмитрий Емец · книга
6. «

   Ещё один извечный принцип Эдема. Никогда не доверять своим заслугам и ни во что их не ставить. Даже если ты планетами жонглируешь, то лишь потому, что тебе это разрешается. Меньше времени потратит тот, кто дважды пропустит свой поезд, чем тот, кто один раз сядет в чужой.

   Ещё один извечный принцип Эдема. Никогда не доверять своим заслугам и ни во что их не ставить. Даже если ты планетами жонглируешь, то лишь потому, что тебе это разрешается. Меньше времени потратит тот, кто дважды пропустит свой поезд, чем тот, кто один раз сядет в чужой.

   — Дмитрий Емец · книга
7. «

   Помни, замужество — это ещё не конец в жизни женщины. В каком-то смысле это лишь начало. Главное — произвести на свет наследника и вести себя осмотрительно, и тогда жизнь женщины может быть даже очень интересной и разнообразной.

   Помни, замужество — это ещё не конец в жизни женщины. В каком-то смысле это лишь начало. Главное — произвести на свет наследника и вести себя осмотрительно, и тогда жизнь женщины может быть даже очень интересной и разнообразной.

   — Люсинда Райли · книга
8. «

   Я желаю от человечества только одного. Чтобы оно оставило в покое меня и всех, кто мне дорог. Я выхожу из человечества добровольно. Слабоумные ублюдки, которые изобретают ракеты, убивают детей и животных, рубят леса, выкачивают из земли ее недра, — мне не братья.

   Я желаю от человечества только одного. Чтобы оно оставило в покое меня и всех, кто мне дорог. Я выхожу из человечества добровольно. Слабоумные ублюдки, которые изобретают ракеты, убивают детей и животных, рубят леса, выкачивают из земли ее недра, — мне не братья.

   — Дмитрий Емец · книга
9. «

   – Я хочу сделать тебе подарок. Но только если у тебя крепкие нервы. – Хорошее начало!

   – Я хочу сделать тебе подарок. Но только если у тебя крепкие нервы. – Хорошее начало!

   — Дмитрий Емец · книга
10. «

    — Не удивляйся! Мое тело все время хочет есть и пить. Еще оно хочет с кем-нибудь подраться. Тоже почти постоянно. Но это не самое страшное, — пожаловался он. — А что самое страшное? — спросила Даф. Страж-хранитель пнул тяжелым ботинком леса. — Это кошмарно... Оно разговаривает с женщинами! — произнес он с ужасом.

    — Не удивляйся! Мое тело все время хочет есть и пить. Еще оно хочет с кем-нибудь подраться. Тоже почти постоянно. Но это не самое страшное, — пожаловался он. — А что самое страшное? — спросила Даф. Страж-хранитель пнул тяжелым ботинком леса. — Это кошмарно... Оно разговаривает с женщинами! — произнес он с ужасом.

    — Дмитрий Емец · книга
11. «

    В том-то и проблема, что на мрак нельзя взглянуть «одним глазком», как и с крыши многоэтажки нельзя упасть слегка.

    В том-то и проблема, что на мрак нельзя взглянуть «одним глазком», как и с крыши многоэтажки нельзя упасть слегка.

    — Дмитрий Емец · книга
12. «

    Для любви редкие встречи скорее праздник, чем помеха. Они подкармливают воображение. Чем реже человека видишь, тем проще его любить. Излишним общением можно только всё испортить.

    Для любви редкие встречи скорее праздник, чем помеха. Они подкармливают воображение. Чем реже человека видишь, тем проще его любить. Излишним общением можно только всё испортить.

    — Дмитрий Емец · книга
13. «

    Кто церемонится с собой, с тем не церемонятся другие.

    Кто церемонится с собой, с тем не церемонятся другие.

    — Дмитрий Емец · книга
14. «

    Кроме того, если человек не красив, ему наверняка дано что-то другое. Обделенных нет.

    Кроме того, если человек не красив, ему наверняка дано что-то другое. Обделенных нет.

    — Дмитрий Емец · книга
15. «

    Умей слушать! Всё, что человек как ему кажется, говорит о других, — он на самом деле говорит о себе.

    Умей слушать! Всё, что человек как ему кажется, говорит о других, — он на самом деле говорит о себе.

    — Дмитрий Емец · книга
16. «

    Эта штука не была смешной даже в самый первый раз. И от шести тысяч повторений остроумнее не стала.

    Эта штука не была смешной даже в самый первый раз. И от шести тысяч повторений остроумнее не стала.

    — Хэнк Муди · книга
17. «

    Любое личное счастье стоит воспринимать как подарок судьбы.

    Любое личное счастье стоит воспринимать как подарок судьбы.

    — Дмитрий Емец · книга
18. «

    Это только кажется, что люди твердые. На самом деле они как губки, пропитанные краской. Одна, скажем, синей, другая красной. Если губки хотя бы на миг соприкоснутся или скажут друг другу просто «привет!», это будет заметно.

    Это только кажется, что люди твердые. На самом деле они как губки, пропитанные краской. Одна, скажем, синей, другая красной. Если губки хотя бы на миг соприкоснутся или скажут друг другу просто «привет!», это будет заметно.

    — Дмитрий Емец · книга
19. «

    — Ты что баронесса? — Ну да, так получилось. — А че ты тогда с нами забыла?

    — Ты что баронесса? — Ну да, так получилось. — А че ты тогда с нами забыла?

    — Дафна · сериал
20. «

    — Я люблю тебя. Как ты можешь в это не верить? — Я не хочу в это верить. — Почему? — Потому что, если я в это поверю, — она запнулась, все ее тело трепетало на теплом ветру, — и позволю я себе любить тебя... нам когда-нибудь придется испытать боль, а я этого не хочу.

    — Я люблю тебя. Как ты можешь в это не верить? — Я не хочу в это верить. — Почему? — Потому что, если я в это поверю, — она запнулась, все ее тело трепетало на теплом ветру, — и позволю я себе любить тебя... нам когда-нибудь придется испытать боль, а я этого не хочу.

    — Даниэла Стил · книга