49 фраз персонажа «Дафна», которые запомнились

Ниже 49 цитат персонажа «Дафна»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Чтобы летать, мало тренироваться три ночи в месяц на городских крышах! Надо быть легким, веселым, радостным, любящим! Именно любящим всё и всех. Ты же набила себе карманы лёгкими обидками, раздражением, подозрениями всякими. Где тут летать? Тебе бы под землю с ушами не нырнуть — и то хорошо!

   Чтобы летать, мало тренироваться три ночи в месяц на городских крышах! Надо быть легким, веселым, радостным, любящим! Именно любящим всё и всех. Ты же набила себе карманы лёгкими обидками, раздражением, подозрениями всякими. Где тут летать? Тебе бы под землю с ушами не нырнуть — и то хорошо!

   — Дмитрий Емец · книга
2. «

   Болтун – находка для шпиона! Шпион – находка для болтуна. Симбиоз трепачей в природе!

   Болтун – находка для шпиона! Шпион – находка для болтуна. Симбиоз трепачей в природе!

   — Дмитрий Емец · книга
3. «

   Убеждают не слова, не риторические формы, не то, как сказано. Убеждает правда, которую осознаешь ты сам. И не важно, кто принес эту правду. Вычитал ли ты её в книге или услышал от случайного человека на улице. Важно, что она всегда будет принесена.

   Убеждают не слова, не риторические формы, не то, как сказано. Убеждает правда, которую осознаешь ты сам. И не важно, кто принес эту правду. Вычитал ли ты её в книге или услышал от случайного человека на улице. Важно, что она всегда будет принесена.

   — Дмитрий Емец · книга
4. «

   Всё, что происходит между двоими, — нормально. Ненормально — это когда третий начинает совать нос.

   Всё, что происходит между двоими, — нормально. Ненормально — это когда третий начинает совать нос.

   — Дмитрий Емец · книга
5. «

   Для любви редкие встречи скорее праздник, чем помеха. Они подкармливают воображение. Чем реже человека видишь, тем проще его любить. Излишним общением можно только всё испортить.

   Для любви редкие встречи скорее праздник, чем помеха. Они подкармливают воображение. Чем реже человека видишь, тем проще его любить. Излишним общением можно только всё испортить.

   — Дмитрий Емец · книга
6. «

   Умей слушать! Всё, что человек как ему кажется, говорит о других, — он на самом деле говорит о себе.

   Умей слушать! Всё, что человек как ему кажется, говорит о других, — он на самом деле говорит о себе.

   — Дмитрий Емец · книга
7. «

   — Как-то ты это криво сказал! — заметила Дафна. — Всё равно что начинать признание в любви со слов: не в красоте счастье.

   — Как-то ты это криво сказал! — заметила Дафна. — Всё равно что начинать признание в любви со слов: не в красоте счастье.

   — Дмитрий Емец · книга
8. «

   Конечно, важно то, что ты говоришь. Безусловно важно. Особенно если это правильные слова. Но важнее: зачем ты говоришь, когда и кому. Истинное намерение, тайное желание – то, что за оболочкой слова. Опять же – пока человек не готов услышать, пока в нем самом не созреет вопрос, жажда ответа, жажда действия, изменений, шага – толку все равно не будет. Когда же это произойдет – самое простое слово может запустить машину.

   Конечно, важно то, что ты говоришь. Безусловно важно. Особенно если это правильные слова. Но важнее: зачем ты говоришь, когда и кому. Истинное намерение, тайное желание – то, что за оболочкой слова. Опять же – пока человек не готов услышать, пока в нем самом не созреет вопрос, жажда ответа, жажда действия, изменений, шага – толку все равно не будет. Когда же это произойдет – самое простое слово может запустить машину.

   — Дмитрий Емец · книга
9. «

   Идеал потому и идеал, что недосягаем.

   Идеал потому и идеал, что недосягаем.

   — Дмитрий Емец · книга
10. «

    Если сел в лужу — не признавай это и греби дальше.

    Если сел в лужу — не признавай это и греби дальше.

    — Дмитрий Емец · книга
11. «

    — Ну и дела! — подумала Даф. — От меня ничего не прячут! Никаких тайн! Бери — не хочу! Шпионаж в таких условиях просто неинтересен!

    — Ну и дела! — подумала Даф. — От меня ничего не прячут! Никаких тайн! Бери — не хочу! Шпионаж в таких условиях просто неинтересен!

    — Дмитрий Емец · книга
12. «

    — Не удивляйся! Мое тело все время хочет есть и пить. Еще оно хочет с кем-нибудь подраться. Тоже почти постоянно. Но это не самое страшное, — пожаловался он. — А что самое страшное? — спросила Даф. Страж-хранитель пнул тяжелым ботинком леса. — Это кошмарно... Оно разговаривает с женщинами! — произнес он с ужасом.

    — Не удивляйся! Мое тело все время хочет есть и пить. Еще оно хочет с кем-нибудь подраться. Тоже почти постоянно. Но это не самое страшное, — пожаловался он. — А что самое страшное? — спросила Даф. Страж-хранитель пнул тяжелым ботинком леса. — Это кошмарно... Оно разговаривает с женщинами! — произнес он с ужасом.

    — Дмитрий Емец · книга
13. «

    Кто церемонится с собой, с тем не церемонятся другие.

    Кто церемонится с собой, с тем не церемонятся другие.

    — Дмитрий Емец · книга
14. «

    Нет хладности такой, чтоб он не смог зажечь: В нем юной прелести неотразима речь.

    Нет хладности такой, чтоб он не смог зажечь: В нем юной прелести неотразима речь.

    — Жан-Батист Мольер · книга
15. «

    Душа человеческая как яблоко – с одного конца растет, с другого ссыхается. В ней все, что угодно – и пропасти, и провалы, и старые шрамы. Она и всесильна, но она же и беспомощна, и наивна, и глупа. Иногда она движется вперед, иногда откатывается.

    Душа человеческая как яблоко – с одного конца растет, с другого ссыхается. В ней все, что угодно – и пропасти, и провалы, и старые шрамы. Она и всесильна, но она же и беспомощна, и наивна, и глупа. Иногда она движется вперед, иногда откатывается.

    — Дмитрий Емец · книга
16. «

    В том-то и проблема, что на мрак нельзя взглянуть «одним глазком», как и с крыши многоэтажки нельзя упасть слегка.

    В том-то и проблема, что на мрак нельзя взглянуть «одним глазком», как и с крыши многоэтажки нельзя упасть слегка.

    — Дмитрий Емец · книга
17. «

    — Купи мне чего-нибудь! — попросила проголодавшаяся Дафна. Меф удивлённо посмотрел на неё: — Покупать — мелко. Покупают низкие душонки. Я буду тебе всё дарить! Ты как, не против? Дафна осторожно согласилась. — Хочешь я подарю тебе это дерево?... Отныне оно твоё! Приходи к нему, когда захочешь, и говори: это моё дерево, мне подарил его Мефодий! Хотя что дерево? Вот зоопарк! Он тоже твой — я тебе его подарил! И площадь твоя! И так и быть: вон та звезда тоже! Чего она вылезла так рано? А ну погасить! — Меф вдохновенно забежал вперёд и принялся одаривать Дафну всем, что видел. Дафна улыбнулась. Она уже поняла, что шоколадки ей сегодня не дождаться. И завтра, пожалуй, тоже. Меф был бедный студент и дарить мог только зоопарки и звёзды.

    — Купи мне чего-нибудь! — попросила проголодавшаяся Дафна. Меф удивлённо посмотрел на неё: — Покупать — мелко. Покупают низкие душонки. Я буду тебе всё дарить! Ты как, не против? Дафна осторожно согласилась. — Хочешь я подарю тебе это дерево?... Отныне оно твоё! Приходи к нему, когда захочешь, и говори: это моё дерево, мне подарил его Мефодий! Хотя что дерево? Вот зоопарк! Он тоже твой — я тебе его подарил! И площадь твоя! И так и быть: вон та звезда тоже! Чего она вылезла так рано? А ну погасить! — Меф вдохновенно забежал вперёд и принялся одаривать Дафну всем, что видел. Дафна улыбнулась. Она уже поняла, что шоколадки ей сегодня не дождаться. И завтра, пожалуй, тоже. Меф был бедный студент и дарить мог только зоопарки и звёзды.

    — Дмитрий Емец · книга
18. «

    — Знаешь, почему у любовных историй обычно счастливый конец? — Да потому, что все они заканчиваются слишком быстро и нам не дают узнать, что было дальше. Сам знаешь: финальный поцелуй – и титры «Конец фильма». Никто и никогда не показывает, какая хрень у этих ребят будет твориться потом. А ведь настоящая жизнь только после этого и начинается.

    — Знаешь, почему у любовных историй обычно счастливый конец? — Да потому, что все они заканчиваются слишком быстро и нам не дают узнать, что было дальше. Сам знаешь: финальный поцелуй – и титры «Конец фильма». Никто и никогда не показывает, какая хрень у этих ребят будет твориться потом. А ведь настоящая жизнь только после этого и начинается.

    — Хэнк Муди · книга
19. «

    Я желаю от человечества только одного. Чтобы оно оставило в покое меня и всех, кто мне дорог. Я выхожу из человечества добровольно. Слабоумные ублюдки, которые изобретают ракеты, убивают детей и животных, рубят леса, выкачивают из земли ее недра, — мне не братья.

    Я желаю от человечества только одного. Чтобы оно оставило в покое меня и всех, кто мне дорог. Я выхожу из человечества добровольно. Слабоумные ублюдки, которые изобретают ракеты, убивают детей и животных, рубят леса, выкачивают из земли ее недра, — мне не братья.

    — Дмитрий Емец · книга
20. «

    – Эй! – сказала Даф. – Эй! Ты не спишь? Мефодий очнулся. Его голова мотнулась назад. – Угум… – сказал он. – Угум – спишь или угум – не спишь? – Угум – это просто угум… Слово, которое значит все, что ему хочется значить… Не сплю. Просто задумался.

    – Эй! – сказала Даф. – Эй! Ты не спишь? Мефодий очнулся. Его голова мотнулась назад. – Угум… – сказал он. – Угум – спишь или угум – не спишь? – Угум – это просто угум… Слово, которое значит все, что ему хочется значить… Не сплю. Просто задумался.

    — Дмитрий Емец · книга