278 цитат персонажа «Декстер Морган», которые захочется сохранить

278 цитат персонажа «Декстер Морган» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Это как слалом на лыжах, ты перепрыгиваешь с одной лжи на другую, тебе просто наплевать...

   Это как слалом на лыжах, ты перепрыгиваешь с одной лжи на другую, тебе просто наплевать...
2. «

   — Знаешь, одно время я думал, что мы станем друзьями. Декстер: «У нас правда много общего.» — Ты поддерживал меня после пропажи Мэтта. Пустил нас в свой дом, на свой участок... Декстер: «Только ты убиваешь женщин, а я — парней вроде тебя.»

   — Знаешь, одно время я думал, что мы станем друзьями. Декстер: «У нас правда много общего.» — Ты поддерживал меня после пропажи Мэтта. Пустил нас в свой дом, на свой участок... Декстер: «Только ты убиваешь женщин, а я — парней вроде тебя.»

   — Курт Колдуэлл · сериал
3. «

   Надо отвлечься, а ничто не прочищает мозги лучше, чем новый противник и печеньице!

   Надо отвлечься, а ничто не прочищает мозги лучше, чем новый противник и печеньице!
4. «

   Время двигаться дальше, время развиваться!

   Время двигаться дальше, время развиваться!

   — Джеффри Линдсей · книга
5. «

   Самки человека одержимы всем, что связано со свадьбами, даже не с их собственными. А если уж речь идет об их свадьбах, то эта мысль приобретает значение идеи фикс и преследует везде и всюду, днем и ночью.

   Самки человека одержимы всем, что связано со свадьбами, даже не с их собственными. А если уж речь идет об их свадьбах, то эта мысль приобретает значение идеи фикс и преследует везде и всюду, днем и ночью.

   — Джеффри Линдсей · книга
6. «

   Собственные раны всегда кажутся больнее.

   Собственные раны всегда кажутся больнее.

   — Джеффри Линдсей · книга
7. «

   Мало что в этом мире способно поставить меня в тупик так, как женские слезы. Я понимаю, что обязан что-то сделать, как-то успокоить плачущую даму, сокрушить всякого дракона, вызвавшего этот приступ слез… И в то же время по своему довольно ограниченному опыту общения с женщинами я знаю, что их слезы всегда не вовремя и всегда вызваны совершенно не тем, чем кажется, и, следовательно, способов обращения с ними совсем мало, и все они удивительно глупые, вроде поглаживания по голове и успокоительного бормотания «тише, тише» в надежде, что рано или поздно она сама расскажет, в чем дело.

   Мало что в этом мире способно поставить меня в тупик так, как женские слезы. Я понимаю, что обязан что-то сделать, как-то успокоить плачущую даму, сокрушить всякого дракона, вызвавшего этот приступ слез… И в то же время по своему довольно ограниченному опыту общения с женщинами я знаю, что их слезы всегда не вовремя и всегда вызваны совершенно не тем, чем кажется, и, следовательно, способов обращения с ними совсем мало, и все они удивительно глупые, вроде поглаживания по голове и успокоительного бормотания «тише, тише» в надежде, что рано или поздно она сама расскажет, в чем дело.

   — Джеффри Линдсей · книга
8. «

   Если кто-то жалуется на всё, это означает, что его беспокоит одно маленькое и конкретное нечто.

   Если кто-то жалуется на всё, это означает, что его беспокоит одно маленькое и конкретное нечто.

   — Джеффри Линдсей · книга
9. «

   Неподалеку появилась вывеска огромного магазина игрушек. Не колеблясь, я въехал на стоянку, припарковался и вошел в магазин. Я огляделся, и ассортимент не внушил мне энтузиазма: бесконечные ряды игрушек, посвященных насилию, будто я попал в магазин, предназначенный для детей прежнего Декстера. Здесь были мечи, ножи, лайтсейберы, автоматы, бомбы, пистолеты и винтовки, стреляющие пластиковыми шариками и шариками с краской, ракеты, которыми можно взорвать своего друга или его город, — ряд за рядом учебные тренажеры для смертельных забав. Ничего удивительного, что наш мир полон злобы и насилия, ничего удивительного, что в мире есть такие, каким был я. Раз мы внушаем детям, будто убийство — это весело, стоит ли удивляться тем из них, которые усваивают урок?

   Неподалеку появилась вывеска огромного магазина игрушек. Не колеблясь, я въехал на стоянку, припарковался и вошел в магазин. Я огляделся, и ассортимент не внушил мне энтузиазма: бесконечные ряды игрушек, посвященных насилию, будто я попал в магазин, предназначенный для детей прежнего Декстера. Здесь были мечи, ножи, лайтсейберы, автоматы, бомбы, пистолеты и винтовки, стреляющие пластиковыми шариками и шариками с краской, ракеты, которыми можно взорвать своего друга или его город, — ряд за рядом учебные тренажеры для смертельных забав. Ничего удивительного, что наш мир полон злобы и насилия, ничего удивительного, что в мире есть такие, каким был я. Раз мы внушаем детям, будто убийство — это весело, стоит ли удивляться тем из них, которые усваивают урок?

   — Джеффри Линдсей · книга
10. «

    Я гораздо хуже умею себя обманывать, чем большинство людей; к тому же я давно заметил: когда в ситуации есть выбор, дело скорее примет худший оборот.

    Я гораздо хуже умею себя обманывать, чем большинство людей; к тому же я давно заметил: когда в ситуации есть выбор, дело скорее примет худший оборот.

    — Джеффри Линдсей · книга
11. «

    ... А жизнь продолжится. Она опять обретет свой обычный ритм — вначале притворство, а затем неожиданный удар.

    ... А жизнь продолжится. Она опять обретет свой обычный ритм — вначале притворство, а затем неожиданный удар.

    — Джеффри Линдсей · книга
12. «

    Подлинные знания никогда не ценят. Люди предпочитают бродить в потемках и делать ошибку за ошибкой вместо того, чтобы прибегнуть к помощи человека, способного указать, в чем они промахнулись, даже если этот человек несомненно умен.

    Подлинные знания никогда не ценят. Люди предпочитают бродить в потемках и делать ошибку за ошибкой вместо того, чтобы прибегнуть к помощи человека, способного указать, в чем они промахнулись, даже если этот человек несомненно умен.

    — Джеффри Линдсей · книга
13. «

    Как я уже говорил, свобода — это иллюзия. Каждый раз, когда мы говорим, будто у нас есть выбор, это значит, мы попросту не видим дуло ружья, направленное нам в пупок.

    Как я уже говорил, свобода — это иллюзия. Каждый раз, когда мы говорим, будто у нас есть выбор, это значит, мы попросту не видим дуло ружья, направленное нам в пупок.

    — Джеффри Линдсей · книга
14. «

    Холодный голос Темного Пассажира успокоился, а я снова мог стать тем, кто я есть. Ловкий, забавный, беспечный и мертвый внутри Декстер.

    Холодный голос Темного Пассажира успокоился, а я снова мог стать тем, кто я есть. Ловкий, забавный, беспечный и мертвый внутри Декстер.

    — Джеффри Линдсей · книга
15. «

    Много раз в жизни мне уже казалось, как будто я что-то пропустил, какой-то очень важный ключ к головоломке, который есть у всех, а они об этом даже не подозревают. Обычно я особенно не комплексую, потому что в большинстве случаев все оборачивается изумительно тупым фрагментом вселенской мудрости типа правил игры в бейсбол или как себя вести на первом свидании. Но иногда мне кажется, будто я прохожу мимо какого-то огромного резервуара неиссякаемой мудрости, средоточия смысла, который мне неведом, а люди чувствуют его настолько глубоко, что им даже не нужно об этом говорить, да они и не смогли бы облечь его в слова.

    Много раз в жизни мне уже казалось, как будто я что-то пропустил, какой-то очень важный ключ к головоломке, который есть у всех, а они об этом даже не подозревают. Обычно я особенно не комплексую, потому что в большинстве случаев все оборачивается изумительно тупым фрагментом вселенской мудрости типа правил игры в бейсбол или как себя вести на первом свидании. Но иногда мне кажется, будто я прохожу мимо какого-то огромного резервуара неиссякаемой мудрости, средоточия смысла, который мне неведом, а люди чувствуют его настолько глубоко, что им даже не нужно об этом говорить, да они и не смогли бы облечь его в слова.

    — Джеффри Линдсей · книга
16. «

    Человек становится взрослым, когда научается принимать решения, осознавая их последствия и необратимость.

    Человек становится взрослым, когда научается принимать решения, осознавая их последствия и необратимость.

    — Джеффри Линдсей · книга
17. «

    Единственное и обязательное свойство жизни – она должна быть интересной, каковой в настоящий момент являлась. Впрочем, «интересная» – не самое важное слово в ее описании.

    Единственное и обязательное свойство жизни – она должна быть интересной, каковой в настоящий момент являлась. Впрочем, «интересная» – не самое важное слово в ее описании.

    — Джеффри Линдсей · книга
18. «

    Говорят, раздумья приятны для души. На протяжении всей истории человечеству не хватало тишины, покоя и времени, которое можно было бы целиком и полностью посвятить себе и своим размышлениями, ни на что не отвлекаясь.

    Говорят, раздумья приятны для души. На протяжении всей истории человечеству не хватало тишины, покоя и времени, которое можно было бы целиком и полностью посвятить себе и своим размышлениями, ни на что не отвлекаясь.

    — Джеффри Линдсей · книга
19. «

    ... Клише существуют в помощь слабоумным, а не ради фактического смысла.

    ... Клише существуют в помощь слабоумным, а не ради фактического смысла.

    — Джеффри Линдсей · книга
20. «

    ... Чем меньше он говорил, тем меньше интереса к его рассказам мне приходилось изображать и лицевые мышцы не напрягались.

    ... Чем меньше он говорил, тем меньше интереса к его рассказам мне приходилось изображать и лицевые мышцы не напрягались.

    — Джеффри Линдсей · книга