19 цитат персонажа «Дик Дайвер» для вдохновения

Ниже 19 цитат персонажа «Дик Дайвер»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Можно надеть не совсем свежую сорочку, но мятую сорочку надевать нельзя.

   Можно надеть не совсем свежую сорочку, но мятую сорочку надевать нельзя.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
2. «

   Терпеть не могу молоденьких девочек. От них пахнет мылом и мятными леденцами. Когда с ними танцуешь, кажется, будто катишь детскую коляску.

   Терпеть не могу молоденьких девочек. От них пахнет мылом и мятными леденцами. Когда с ними танцуешь, кажется, будто катишь детскую коляску.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
3. «

   Если у вас есть тайна, можете сообщить о ней по радио, напечатать в бульварной газетенке, только не доверяйте её человеку, который пьёт больше трёх-четырёх порций в день.

   Если у вас есть тайна, можете сообщить о ней по радио, напечатать в бульварной газетенке, только не доверяйте её человеку, который пьёт больше трёх-четырёх порций в день.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
4. «

   Не нужно отдельную неудачу воспринимать как полное поражение.

   Не нужно отдельную неудачу воспринимать как полное поражение.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
5. «

   — Который час, вы не знаете? — крикнула ему Розмэри. — Около половины второго. Оба оглянулись на горизонт. — Час неплохой, — сказал Дик Драйвер. — Не самый худший в сутках.

   — Который час, вы не знаете? — крикнула ему Розмэри. — Около половины второго. Оба оглянулись на горизонт. — Час неплохой, — сказал Дик Драйвер. — Не самый худший в сутках.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
6. «

   Людям всегда кажется, что их дети чище других и, если даже они болеют, от них нельзя заразиться.

   Людям всегда кажется, что их дети чище других и, если даже они болеют, от них нельзя заразиться.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
7. «

   ... Ведь что подразумевается под чрезмерной обходительностью — все люди, мол, до того чувствительные создания, что без перчаток к ним и притрагиваться нельзя. А как же тогда с уважением к человеку? Непростое дело обозвать кого-то лгуном или трусом, но если всю жизнь щадить людские чувства и потворствовать людскому тщеславию, то в конце концов можно потерять всякое понятие о том, что в человеке действительно заслуживает уважения.

   ... Ведь что подразумевается под чрезмерной обходительностью — все люди, мол, до того чувствительные создания, что без перчаток к ним и притрагиваться нельзя. А как же тогда с уважением к человеку? Непростое дело обозвать кого-то лгуном или трусом, но если всю жизнь щадить людские чувства и потворствовать людскому тщеславию, то в конце концов можно потерять всякое понятие о том, что в человеке действительно заслуживает уважения.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
8. «

   Я теперь плохо выношу разговоры, которые мне ничего не дают.

   Я теперь плохо выношу разговоры, которые мне ничего не дают.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
9. «

   Вас многие еще будут любить, а когда-нибудь вы и сами полюбите и, наверно, порадуетесь, что пришли к своей первой любви нетронутою и физически, и душевно. Немножко старомодный взгляд, пожалуй?

   Вас многие еще будут любить, а когда-нибудь вы и сами полюбите и, наверно, порадуетесь, что пришли к своей первой любви нетронутою и физически, и душевно. Немножко старомодный взгляд, пожалуй?

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
10. «

    Крепче всего запирают ворота, которые никуда не ведут.

    Крепче всего запирают ворота, которые никуда не ведут.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
11. «

    Ни один истинный ариец не способен претерпеть унижение с пользой для себя; если он простил, значит, оно вросло в его жизнь, значит, он отождествил себя с причиной своего позора — что в данном случае было невозможно.

    Ни один истинный ариец не способен претерпеть унижение с пользой для себя; если он простил, значит, оно вросло в его жизнь, значит, он отождествил себя с причиной своего позора — что в данном случае было невозможно.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
12. «

    Дик высунулся из окошка, но никого не увидел; судя по мелодии, это было религиозное песнопение, и ему, в его душевной опустошённости и усталости, захотелось, чтобы поющие помолились и за него — но о чём, он не знал, разве только о том, чтобы не затопила его с каждым днём нарастающая тоска.

    Дик высунулся из окошка, но никого не увидел; судя по мелодии, это было религиозное песнопение, и ему, в его душевной опустошённости и усталости, захотелось, чтобы поющие помолились и за него — но о чём, он не знал, разве только о том, чтобы не затопила его с каждым днём нарастающая тоска.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
13. «

    — Я как Черная Смерть, — медленно произнес он. — Я теперь приношу людям только несчастье.

    — Я как Черная Смерть, — медленно произнес он. — Я теперь приношу людям только несчастье.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
14. «

    Терпеть не могу английскую манеру оглушительным шепотом говорить о людях гадости.

    Терпеть не могу английскую манеру оглушительным шепотом говорить о людях гадости.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
15. «

    — Ты доволен поездкой? — Как всякий, кто едет, чтобы от чего-то убежать.

    — Ты доволен поездкой? — Как всякий, кто едет, чтобы от чего-то убежать.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
16. «

    — Хотите, я вам опишу всё, как было: первый роман ни к чему не привёл, и за ним последовала долгая пауза. Второй оказался удачнее, но для вас это был роман без любви. На третий раз всё сложилось к общему удовольствию… Он уже не мог прервать этого самоистязания. — Потом был один длительный роман, который постепенно изжил себя, и тут вы испугались, что у вас ничего не останется для того, кого вы полюбите всерьёз. — Он чувствовал себя почти викторианцем. — После этого пошла мелочь, легкие флирты, и так продолжалось до последнего времени. Ну как, похоже?

    — Хотите, я вам опишу всё, как было: первый роман ни к чему не привёл, и за ним последовала долгая пауза. Второй оказался удачнее, но для вас это был роман без любви. На третий раз всё сложилось к общему удовольствию… Он уже не мог прервать этого самоистязания. — Потом был один длительный роман, который постепенно изжил себя, и тут вы испугались, что у вас ничего не останется для того, кого вы полюбите всерьёз. — Он чувствовал себя почти викторианцем. — После этого пошла мелочь, легкие флирты, и так продолжалось до последнего времени. Ну как, похоже?

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
17. «

    Человеку незаурядному всегда приходится балансировать на грани — и далеко не все способны выдержать напряжение.

    Человеку незаурядному всегда приходится балансировать на грани — и далеко не все способны выдержать напряжение.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
18. «

    ...часто бывает, что с какого-то пустякового эпизода начинается важная полоса в жизни человека.

    ...часто бывает, что с какого-то пустякового эпизода начинается важная полоса в жизни человека.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
19. «

    ...довольно трудно продолжать хорошо относиться к тем, кто уже не относится хорошо к тебе.

    ...довольно трудно продолжать хорошо относиться к тем, кто уже не относится хорошо к тебе.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга