17 цитат персонажа «Джей» — читать онлайн

Собрали 17 цитат персонажа «Джей» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мне, блин, скучно, брат! Боюсь, скука — это первый шаг к рецидиву.

   Мне, блин, скучно, брат! Боюсь, скука — это первый шаг к рецидиву.

   — Клерки 2 (Clerks II) · фильм
2. «

   Мы в наше время не сознаем прелести этой собачки. Мы слишком привыкли к ней. Она подобна закату солнца и звездам: красота их не поражает нас, потому что наши глаза уже давно к ней пригляделись.

   Мы в наше время не сознаем прелести этой собачки. Мы слишком привыкли к ней. Она подобна закату солнца и звездам: красота их не поражает нас, потому что наши глаза уже давно к ней пригляделись.

   — Джером Клапка Джером · книга
3. «

   Пусть будет легка ладья твоей жизни, возьми в нее только самое необходимое: уютное жилище и скромные радости; ту, которая тебя любит и которая тебе дороже всех; двух-трех друзей, достойных называться друзьями; кошку и собаку; одну-две трубки; вдоволь еды и вдоволь одежды и немножко больше, чем вдоволь, питья, ибо жажда – страшная вещь.

   Пусть будет легка ладья твоей жизни, возьми в нее только самое необходимое: уютное жилище и скромные радости; ту, которая тебя любит и которая тебе дороже всех; двух-трех друзей, достойных называться друзьями; кошку и собаку; одну-две трубки; вдоволь еды и вдоволь одежды и немножко больше, чем вдоволь, питья, ибо жажда – страшная вещь.

   — Джером Клапка Джером · книга
4. «

   — Нет, просто… Я чувствую, как удаляюсь от того, что было. Я уже далеко зашел. Это все становится похожим на жизнь, такую, какой она должна быть. Это… звучит как полная бессмыслица, да? — Нет. — Это все ты. Ты идешь вперед и уводишь меня за собой. Иногда мне кажется, что я вижу то, что ждет впереди, и мне страшно, потому что это все еще слишком далеко… Но ты продолжаешь идти, и мне тоже ничего не остается, как поспевать за тобой. Может быть, мы действительно сможем добраться куда-то. — Конечно, сможем. Ты уйдешь дальше, я знаю. Я только надеюсь не потому, что тебе понадобится убежать от меня.

   — Нет, просто… Я чувствую, как удаляюсь от того, что было. Я уже далеко зашел. Это все становится похожим на жизнь, такую, какой она должна быть. Это… звучит как полная бессмыслица, да? — Нет. — Это все ты. Ты идешь вперед и уводишь меня за собой. Иногда мне кажется, что я вижу то, что ждет впереди, и мне страшно, потому что это все еще слишком далеко… Но ты продолжаешь идти, и мне тоже ничего не остается, как поспевать за тобой. Может быть, мы действительно сможем добраться куда-то. — Конечно, сможем. Ты уйдешь дальше, я знаю. Я только надеюсь не потому, что тебе понадобится убежать от меня.

   — Джей
5. «

   Дамы и господа, мои родители уезжали из Кореи без ничего, кроме одежды, которая была на них, и кучи денег, накопленных за годы работы в экспедиторском бизнесе, но у них была мечта. Они надеялись, что однажды в заснеженных холмах Северной Каролины их сын потеряет девственность в объятиях черлидера в женском туалете «Вафельной», что неподалеку от автомагистрали. Они стольким пожертвовали ради осуществления этой мечты! И поэтому мы обязаны продолжить свой путь вопреки всем невзгодам и препонам! Не ради меня и уж точно не ради несчастной девчонки, которой суждено сыграть эту роль, но ради моих родителей, да и ради всех иммигрантов, присоединившихся к этой великой нации в надежде, что у их детей будет то, чего не могло быть у них самих: секс с черлидером!

   Дамы и господа, мои родители уезжали из Кореи без ничего, кроме одежды, которая была на них, и кучи денег, накопленных за годы работы в экспедиторском бизнесе, но у них была мечта. Они надеялись, что однажды в заснеженных холмах Северной Каролины их сын потеряет девственность в объятиях черлидера в женском туалете «Вафельной», что неподалеку от автомагистрали. Они стольким пожертвовали ради осуществления этой мечты! И поэтому мы обязаны продолжить свой путь вопреки всем невзгодам и препонам! Не ради меня и уж точно не ради несчастной девчонки, которой суждено сыграть эту роль, но ради моих родителей, да и ради всех иммигрантов, присоединившихся к этой великой нации в надежде, что у их детей будет то, чего не могло быть у них самих: секс с черлидером!

   — Джон Грин · книга
6. «

   Вам бы следовало почитать библию, сэр, вы там найдете кучу сверхъестественного говна. Например, вы в курсе, что Иисус был евреем?

   Вам бы следовало почитать библию, сэр, вы там найдете кучу сверхъестественного говна. Например, вы в курсе, что Иисус был евреем?

   — Клерки 2 (Clerks II) · фильм
7. «

   Те, кому знакома боль, приходят в ужас с самого начала. Но в любом случае спустя некоторое время, когда они накричатся, прочтут все молитвы, наблюются и поймут, что им ничто не поможет, они входят в некий экстаз.

   Те, кому знакома боль, приходят в ужас с самого начала. Но в любом случае спустя некоторое время, когда они накричатся, прочтут все молитвы, наблюются и поймут, что им ничто не поможет, они входят в некий экстаз.

   — Поппи Брайт · книга
8. «

   Когда надежды нет, смех — единственное, что помогает сохранить бодрость духа, справиться с тем, что плохо, открыв глаза на то, что хорошо.

   Когда надежды нет, смех — единственное, что помогает сохранить бодрость духа, справиться с тем, что плохо, открыв глаза на то, что хорошо.
9. «

   — У меня тоже были подружки, они только и делали, что качали из меня дурь и бабки. Моя бабка всегда говорила: «Что лучше? Трахать хорошую тарелку, но пустую...» Чёрт, я облажался. Не так. «Что толку от тарелки, если на ней ничего не лежит». — И что это значит? — Не знаю. У неё был старческий маразм. Она всё время ссалась в штаны и сралась, кстати, тоже.

   — У меня тоже были подружки, они только и делали, что качали из меня дурь и бабки. Моя бабка всегда говорила: «Что лучше? Трахать хорошую тарелку, но пустую...» Чёрт, я облажался. Не так. «Что толку от тарелки, если на ней ничего не лежит». — И что это значит? — Не знаю. У неё был старческий маразм. Она всё время ссалась в штаны и сралась, кстати, тоже.

   — Джей · фильм
10. «

    Такова жизнь, и мы все — только трава, которую срезают, кладут в печь и жгут.

    Такова жизнь, и мы все — только трава, которую срезают, кладут в печь и жгут.

    — Джером Клапка Джером · книга
11. «

    Джей: Где я? Это не «Виндел». Прогрессор Каин: Здравствуйте, Джей. Ты находишься в научном центре «Нобельгейт». Меня зовут Каин. Д.: «Нобельгейт»? В моей базе данных нет сведений об этом месте. К.: Ты проспал больше двухсот лет. За это время многое изменилось. Доктор Эйман: Господин Каин, разумно ли... К.: Прошу не мешать эксперименту. Д.: Радиационный фон заметно повышен. В Ардетайне произошла катастрофа континентального масштаба. К.: Продолжай. Д.: Из моих данных следует, что любой вид проходит три ступени эволюции. Становление — зрелость — и гибель. Я полагаю, что ваш вид прошёл этап зрелости и целеустремленно движется к гибели. Это единственный способ объяснить ваше стремление к самоуничтожению. Ваша роль в этом мире сыграна. Э.: Джей, ты говоришь со своими творцами! Д.: «И создал Творец существ по своему образу и подобию». В мою память заложена база вашей литературы. В ней много примеров того, как Творцы создают низших существ. Но в ней нет ни одного примера того, чтобы Творец создал существо, на целую ступень превосходящее его по развитию. К.: Вывод? Д.: Вы — не мои творцы. Вы инструмент в руках Создателя. Промежуточная ступень эволюции на пути ко мне. Э.: ?! К.: Продолжай, Джей. Д.: Мой вид пришёл на смену вашему. Вам придётся отойти в сторону и уступить нам дорогу. Э.: Выключите его! Выключите немедленно! ...

    Джей: Где я? Это не «Виндел». Прогрессор Каин: Здравствуйте, Джей. Ты находишься в научном центре «Нобельгейт». Меня зовут Каин. Д.: «Нобельгейт»? В моей базе данных нет сведений об этом месте. К.: Ты проспал больше двухсот лет. За это время многое изменилось. Доктор Эйман: Господин Каин, разумно ли... К.: Прошу не мешать эксперименту. Д.: Радиационный фон заметно повышен. В Ардетайне произошла катастрофа континентального масштаба. К.: Продолжай. Д.: Из моих данных следует, что любой вид проходит три ступени эволюции. Становление — зрелость — и гибель. Я полагаю, что ваш вид прошёл этап зрелости и целеустремленно движется к гибели. Это единственный способ объяснить ваше стремление к самоуничтожению. Ваша роль в этом мире сыграна. Э.: Джей, ты говоришь со своими творцами! Д.: «И создал Творец существ по своему образу и подобию». В мою память заложена база вашей литературы. В ней много примеров того, как Творцы создают низших существ. Но в ней нет ни одного примера того, чтобы Творец создал существо, на целую ступень превосходящее его по развитию. К.: Вывод? Д.: Вы — не мои творцы. Вы инструмент в руках Создателя. Промежуточная ступень эволюции на пути ко мне. Э.: ?! К.: Продолжай, Джей. Д.: Мой вид пришёл на смену вашему. Вам придётся отойти в сторону и уступить нам дорогу. Э.: Выключите его! Выключите немедленно! ...

    — Джей · игра
12. «

    Искусство — это прежде всего страсть, а не талант! Зачастую истинная страсть гораздо важнее таланта!

    Искусство — это прежде всего страсть, а не талант! Зачастую истинная страсть гораздо важнее таланта!
13. «

    Чем больше ты открываешь истину, тем больше разрушается реальность.

    Чем больше ты открываешь истину, тем больше разрушается реальность.
14. «

    Всё-таки странно, как наш разум и чувства подчинены органам пищеварения. Нельзя ни работать, ни думать, если на то нет согласия желудка. Желудок определяет наши ощущения, наши настроения, наши страсти. После яичницы с беконом он велит: «Работай!». После бифштекса и портера он говорит: «Спи!». После чашки чая (две ложки чая на чашку, настаивать не больше трёх минут) он приказывает мозгу: «А ну-ка воспрянь и покажи, на что ты способен. Будь красноречив, и глубок и тонок; загляни проникновенным взором в тайны природы; простри белоснежные крыла трепещущей мысли и воспари, богоравный дух, над суетным миром, направляя свой путь сквозь сияющие россыпи звёзд к вратам вечности». После горячих сдобных булочек он говорит: «Будь тупым и бездушным, как домашняя скотина, — безмозглым животным с равнодушными глазами, в которых нет ни искры фантазии, надежды, страха и любви». А после изрядной порции бренди он приказывает: «Теперь дурачься, хихикай, пошатывайся, чтобы над тобой могли позабавиться твои близкие; выкидывай глупые штуки, бормочи заплетающимся языком бессвязный вздор и покажи, каким полоумным ничтожеством может стать человек, когда его ум и воля утоплены, как котята, в рюмке спиртного». Мы всего только жалкие рабы нашего желудка...

    Всё-таки странно, как наш разум и чувства подчинены органам пищеварения. Нельзя ни работать, ни думать, если на то нет согласия желудка. Желудок определяет наши ощущения, наши настроения, наши страсти. После яичницы с беконом он велит: «Работай!». После бифштекса и портера он говорит: «Спи!». После чашки чая (две ложки чая на чашку, настаивать не больше трёх минут) он приказывает мозгу: «А ну-ка воспрянь и покажи, на что ты способен. Будь красноречив, и глубок и тонок; загляни проникновенным взором в тайны природы; простри белоснежные крыла трепещущей мысли и воспари, богоравный дух, над суетным миром, направляя свой путь сквозь сияющие россыпи звёзд к вратам вечности». После горячих сдобных булочек он говорит: «Будь тупым и бездушным, как домашняя скотина, — безмозглым животным с равнодушными глазами, в которых нет ни искры фантазии, надежды, страха и любви». А после изрядной порции бренди он приказывает: «Теперь дурачься, хихикай, пошатывайся, чтобы над тобой могли позабавиться твои близкие; выкидывай глупые штуки, бормочи заплетающимся языком бессвязный вздор и покажи, каким полоумным ничтожеством может стать человек, когда его ум и воля утоплены, как котята, в рюмке спиртного». Мы всего только жалкие рабы нашего желудка...

    — Джером Клапка Джером · книга
15. «

    Земная жизнь ведь всего лишь испытание, и, так же как искрам суждено лететь вверх, так и человек обречен на невзгоды.

    Земная жизнь ведь всего лишь испытание, и, так же как искрам суждено лететь вверх, так и человек обречен на невзгоды.

    — Джером Клапка Джером · книга
16. «

    — Долбаная Библия? — Эй, эй! Святая долбаная Библия, сын мой!

    — Долбаная Библия? — Эй, эй! Святая долбаная Библия, сын мой!

    — Клерки 2 (Clerks II) · фильм
17. «

    Месть порождает новую месть.

    Месть порождает новую месть.