12 цитат персонажа «Джереми Полдарк» для поста в соцсетях

Собрали 12 цитат персонажа «Джереми Полдарк» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Это мой отец, вон там, переходит дорогу перед желтым экипажем. — Высокий брюнет в споровождении женщины постарше и маленькой девочки? Кто они? — Моя младая сестра и ее гувернантка. Изабелла-Роуз. И не так уж она мала! Ей десять лет. — Она такая хорошенькая! По-моему, совершенно очаровательно. — Ты бы не нашла ее столь очаровательной, если бы слышала как она поет. Голосит как мальчик-хорист, у которого ломается голос.

   — Это мой отец, вон там, переходит дорогу перед желтым экипажем. — Высокий брюнет в споровождении женщины постарше и маленькой девочки? Кто они? — Моя младая сестра и ее гувернантка. Изабелла-Роуз. И не так уж она мала! Ей десять лет. — Она такая хорошенькая! По-моему, совершенно очаровательно. — Ты бы не нашла ее столь очаровательной, если бы слышала как она поет. Голосит как мальчик-хорист, у которого ломается голос.

   — Уинстон Грэхем · книга
2. «

   — ... я серьезно обдумывал пойти на войну. Мне двадцать один. Отцу было восемнадцать, когда он пошел воевать. Его отец купил ему чин лейтенанта в полку герцога Уилтшира в Эдинбурге... — Зачем? — Зачем? В смысле, зачем он пошел на войну? Думаю, его обвиняли в контрабанде и... — Ха! это интересно. Оказывается, он нарушал закон в молодости. — Все нарушают законы, Стивен...

   — ... я серьезно обдумывал пойти на войну. Мне двадцать один. Отцу было восемнадцать, когда он пошел воевать. Его отец купил ему чин лейтенанта в полку герцога Уилтшира в Эдинбурге... — Зачем? — Зачем? В смысле, зачем он пошел на войну? Думаю, его обвиняли в контрабанде и... — Ха! это интересно. Оказывается, он нарушал закон в молодости. — Все нарушают законы, Стивен...

   — Уинстон Грэхем · книга
3. «

   — А ты послала туда Клоуэнс не потому, что... — Я не посылала Клоуэнс. Он сама поехала. — На нее не похоже. — Да, не похоже. Но люди часто ведут себя непривычным образом. Что вообще значит сохранять верность себе? Никогда не могла понять. Иногда во мне как будто живут три разных человека, и все со своими желаниями. Который из них я? Каков ты внутри, Джереми? Такой же? Я не знаю. Иногда ты тревожишь отца. Есть что-то такое, чем ты хотел бы заниматься в жизни? — Возможно.

   — А ты послала туда Клоуэнс не потому, что... — Я не посылала Клоуэнс. Он сама поехала. — На нее не похоже. — Да, не похоже. Но люди часто ведут себя непривычным образом. Что вообще значит сохранять верность себе? Никогда не могла понять. Иногда во мне как будто живут три разных человека, и все со своими желаниями. Который из них я? Каков ты внутри, Джереми? Такой же? Я не знаю. Иногда ты тревожишь отца. Есть что-то такое, чем ты хотел бы заниматься в жизни? — Возможно.

   — Уинстон Грэхем · книга
4. «

   — Я дал себе зарок. — Но сейчас не Новый год. — Разве это важно? — Смотря что ты себе обещал. — Мой зарок — вечно восхищаться тобой и никогда ни в чём не упрекать.

   — Я дал себе зарок. — Но сейчас не Новый год. — Разве это важно? — Смотря что ты себе обещал. — Мой зарок — вечно восхищаться тобой и никогда ни в чём не упрекать.

   — Уинстон Грэхем · книга
5. «

   — А тебя больше порадовало бы, если бы ты узнал, что я ослушался твоих строгих указаний и поступил по-своему? — Боже ты мой, мальчик, разве твои родители тираны, что нужно обманывать их и лгать, чтобы сделать по-своему?! По крайней мере, почему бы сначала это обсудить? — Ты бы не одобрил. Что ты еще можешь сказать? — Вряд ли я настолько закостенел, как ты утверждаешь. — Именно так мне казалось. — Я хорошо знал Френсиса Харви, и мне он нравился. Когда у тебя растет сын и он играет с опасным механизмом, недавно угробившим твоего друга, то ты говоришь ему: «Не смей! Не то поранишься». То же самое и с паровым двигателем высокого давления, я точно таким же образом посоветовал бы тебе остерегаться быстрых течений у берега или держаться подальше от недавно отелившейся коровы, или не спускаться в шахту, закрытую много лет назад, потому что доски уже сгнили. Если став старше, ты не поймешь, что значит сыновняя почтительность, то и отцом будешь никудышным!

   — А тебя больше порадовало бы, если бы ты узнал, что я ослушался твоих строгих указаний и поступил по-своему? — Боже ты мой, мальчик, разве твои родители тираны, что нужно обманывать их и лгать, чтобы сделать по-своему?! По крайней мере, почему бы сначала это обсудить? — Ты бы не одобрил. Что ты еще можешь сказать? — Вряд ли я настолько закостенел, как ты утверждаешь. — Именно так мне казалось. — Я хорошо знал Френсиса Харви, и мне он нравился. Когда у тебя растет сын и он играет с опасным механизмом, недавно угробившим твоего друга, то ты говоришь ему: «Не смей! Не то поранишься». То же самое и с паровым двигателем высокого давления, я точно таким же образом посоветовал бы тебе остерегаться быстрых течений у берега или держаться подальше от недавно отелившейся коровы, или не спускаться в шахту, закрытую много лет назад, потому что доски уже сгнили. Если став старше, ты не поймешь, что значит сыновняя почтительность, то и отцом будешь никудышным!

   — Уинстон Грэхем · книга
6. «

   — Мы все взрослеем. — Увы. — Почему? — Думаю, лучше бы все были одного возраста. Как шток-розы. Прежде чем начнут увядать. — Что ж, благодарю, мама. От твоих комплиментов никуда не скрыться.

   — Мы все взрослеем. — Увы. — Почему? — Думаю, лучше бы все были одного возраста. Как шток-розы. Прежде чем начнут увядать. — Что ж, благодарю, мама. От твоих комплиментов никуда не скрыться.

   — Уинстон Грэхем · книга
7. «

   — Знаю, ты ужасно расстроился, и я ничем не могу тебе помочь. Это так меня огорчает. Я даже не могу дать тебе совет. — Никто не может. — Да ты его и не примешь. Верно. Нет смысла старикам говорить молодым, особенно своим детям, что они и сами через это прошли. Такое не берется в расчет. Это отражает лишь собственные переживания, ревность или потрясения. Все мы рождены одинаковыми, но при этом каждый из нас уникален, и все мы страдаем.

   — Знаю, ты ужасно расстроился, и я ничем не могу тебе помочь. Это так меня огорчает. Я даже не могу дать тебе совет. — Никто не может. — Да ты его и не примешь. Верно. Нет смысла старикам говорить молодым, особенно своим детям, что они и сами через это прошли. Такое не берется в расчет. Это отражает лишь собственные переживания, ревность или потрясения. Все мы рождены одинаковыми, но при этом каждый из нас уникален, и все мы страдаем.

   — Уинстон Грэхем · книга
8. «

   — Я же запретил тебе спускаться в Лежер! — Я такого не помню, отец. Помню только, ты этого не сильно одобрял. В глазах Росса мелькнула ирония.

   — Я же запретил тебе спускаться в Лежер! — Я такого не помню, отец. Помню только, ты этого не сильно одобрял. В глазах Росса мелькнула ирония.

   — Уинстон Грэхем · книга
9. «

   — Но знаешь, Джереми, когда мы поженимся, Клоуэнс станет моей женой. Она станет Каррингтон, а не Полдарк. И с этих пор она должна жить своей жизнью. даже ее брату, как бы я его ни любил, не будет дозволено вмешиваться в наши дела. Они посмотрели друг на друга. — Пока Клоуэнс счастлива, можешь на это расчитывать.

   — Но знаешь, Джереми, когда мы поженимся, Клоуэнс станет моей женой. Она станет Каррингтон, а не Полдарк. И с этих пор она должна жить своей жизнью. даже ее брату, как бы я его ни любил, не будет дозволено вмешиваться в наши дела. Они посмотрели друг на друга. — Пока Клоуэнс счастлива, можешь на это расчитывать.

   — Уинстон Грэхем · книга
10. «

    — Не нужно так на него полагаться, милый. — На Стивена? Почему ты так считаешь? — Просто мне так подумалось. Не обращай внимания. — Я всегда обращаю внимание на твои слова. В особенности, когда ты в подпитии. — Что ты сказал? — Прости, мама. Я не хотел. Просто у меня такое чувство, что ты часто бываешь права.

    — Не нужно так на него полагаться, милый. — На Стивена? Почему ты так считаешь? — Просто мне так подумалось. Не обращай внимания. — Я всегда обращаю внимание на твои слова. В особенности, когда ты в подпитии. — Что ты сказал? — Прости, мама. Я не хотел. Просто у меня такое чувство, что ты часто бываешь права.

    — Уинстон Грэхем · книга
11. «

    — Ты так хорошо меня знаешь? Джереми нервно сглотнул. — Так хорошо, что думаю, я люблю тебя. У нефа они остановились. Она посмотрела на витраж. — Опасно думать о таких вещах, Джереми, — произнесла она после недолгой паузы. — Отчего же? — Потому что у меня может появиться искушение тебе поверить.

    — Ты так хорошо меня знаешь? Джереми нервно сглотнул. — Так хорошо, что думаю, я люблю тебя. У нефа они остановились. Она посмотрела на витраж. — Опасно думать о таких вещах, Джереми, — произнесла она после недолгой паузы. — Отчего же? — Потому что у меня может появиться искушение тебе поверить.

    — Уинстон Грэхем · книга
12. «

    Как только Росс ушел, Джереми сказал: — У вас двоих есть секретный язык, который до сих пор меня поражает. Проклятье, что значит это... эта библейская ерунда? Ты ведь говорила о Каиафе? — Не бери в голову, — ответила его мать. — Иногда правильнее остаться непонятым... — Особенно своими детьми...

    Как только Росс ушел, Джереми сказал: — У вас двоих есть секретный язык, который до сих пор меня поражает. Проклятье, что значит это... эта библейская ерунда? Ты ведь говорила о Каиафе? — Не бери в голову, — ответила его мать. — Иногда правильнее остаться непонятым... — Особенно своими детьми...

    — Уинстон Грэхем · книга