42 цитаты персонажа «Джон Уэйн Кливер» — от иронии до философии

Ниже 42 цитаты персонажа «Джон Уэйн Кливер»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Как я могу выяснить потребности демона, если в своих-то не уверен?

   Как я могу выяснить потребности демона, если в своих-то не уверен?

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
2. «

   Люди глазели на меня, а я не понимал на кого они смотрят — на человека или на монстра. Я уже и сам не был уверен, кто я.

   Люди глазели на меня, а я не понимал на кого они смотрят — на человека или на монстра. Я уже и сам не был уверен, кто я.

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
3. «

   Именно это почтение, согласно семейной легенде, и свело когда-то вместе наших родителей — двух мастеров похоронных дел, которые отчаянно нуждались в обществе живого человека и оба находились под впечатлением почтения к мертвым. Они считали свою работу призванием. Относись хоть один из них к живым хотя бы вполовину так же хорошо, как к мертвым, они, возможно, все еще были бы вместе.

   Именно это почтение, согласно семейной легенде, и свело когда-то вместе наших родителей — двух мастеров похоронных дел, которые отчаянно нуждались в обществе живого человека и оба находились под впечатлением почтения к мертвым. Они считали свою работу призванием. Относись хоть один из них к живым хотя бы вполовину так же хорошо, как к мертвым, они, возможно, все еще были бы вместе.

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
4. «

   Когда-нибудь мне придется сказать ей об Эдде Гейне. В детстве мать одевала его как девочку. Большую часть своей взрослой жизни он убивал женщин и делал одежду из их кожи.

   Когда-нибудь мне придется сказать ей об Эдде Гейне. В детстве мать одевала его как девочку. Большую часть своей взрослой жизни он убивал женщин и делал одежду из их кожи.

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
5. «

   Я подкапывался под фундамент чего-то более крупного и глубокого, проделывал царапинки в стене, которую боялся разрушить. За этой стеной обитал монстр, и я выстроил ее надежной, чтобы чудовище не смогло выбраться на свободу. Теперь оно шевельнулось, потянулось, заволновалось во сне. В городе, похоже, появился новый монстр, и я спрашивал себя: не разбудит ли его присутствие того, которого прятал я?

   Я подкапывался под фундамент чего-то более крупного и глубокого, проделывал царапинки в стене, которую боялся разрушить. За этой стеной обитал монстр, и я выстроил ее надежной, чтобы чудовище не смогло выбраться на свободу. Теперь оно шевельнулось, потянулось, заволновалось во сне. В городе, похоже, появился новый монстр, и я спрашивал себя: не разбудит ли его присутствие того, которого прятал я?

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
6. «

   Дешевое бутафорское кровавое месиво в тот день пользовалось популярностью — им украсила себя едва ли не половина парней в зале. Если вы думаете, что два жестоких убийства в округе должны были сделать людей более деликатными, то ошибаетесь. Хорошо хоть никто не оделся как выпотрошенный автомеханик.

   Дешевое бутафорское кровавое месиво в тот день пользовалось популярностью — им украсила себя едва ли не половина парней в зале. Если вы думаете, что два жестоких убийства в округе должны были сделать людей более деликатными, то ошибаетесь. Хорошо хоть никто не оделся как выпотрошенный автомеханик.

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
7. «

   В шесть тридцать утра мистер Кроули проснулся и выругался. Это напоминало работу часов: он был старой грубой кукушкой, по которой хоть будильник выставляй. Насколько мне известно, ругался он только по утрам. Наверное, это помогало ему встряхнуться и начать день свежим, выбросив из головы ночные мысли.

   В шесть тридцать утра мистер Кроули проснулся и выругался. Это напоминало работу часов: он был старой грубой кукушкой, по которой хоть будильник выставляй. Насколько мне известно, ругался он только по утрам. Наверное, это помогало ему встряхнуться и начать день свежим, выбросив из головы ночные мысли.

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
8. «

   В глазах ее была смесь печали и решимости. Я спрашивал себя, видит ли она через мои глаза, как через окна, темноту, что у меня внутри, видит ли обитающего там монстра?

   В глазах ее была смесь печали и решимости. Я спрашивал себя, видит ли она через мои глаза, как через окна, темноту, что у меня внутри, видит ли обитающего там монстра?

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
9. «

   Перед тем как сформулировать последнее правило, я украл у нее кое-что, просто так, без умысла, — заколку для волос, которая в один прекрасный день обнаружилась на полу машины. Я хранил ее целую неделю как талисман, но заколка сделала практически невозможным правило «не думать о ней», поэтому я подбросил заколку обратно, а на следующее утро указал на нее Брук, будто только что увидел.

   Перед тем как сформулировать последнее правило, я украл у нее кое-что, просто так, без умысла, — заколку для волос, которая в один прекрасный день обнаружилась на полу машины. Я хранил ее целую неделю как талисман, но заколка сделала практически невозможным правило «не думать о ней», поэтому я подбросил заколку обратно, а на следующее утро указал на нее Брук, будто только что увидел.

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
10. «

    Я ненавидел просыпаться, но еще больше ненавидел спать — нельзя слишком много времени проводить наедине с подсознанием.

    Я ненавидел просыпаться, но еще больше ненавидел спать — нельзя слишком много времени проводить наедине с подсознанием.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
11. «

    Стоя в темноте, я смотрел на небо и ждал. Не знаю чего.

    Стоя в темноте, я смотрел на небо и ждал. Не знаю чего.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
12. «

    Серийные убийцы обычно — практически всегда — рабы своей мании. Они убивают потому что не могут иначе. И не в силах остановиться.

    Серийные убийцы обычно — практически всегда — рабы своей мании. Они убивают потому что не могут иначе. И не в силах остановиться.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
13. «

    Однажды мистер Кроули сказал мне: «Я никогда не убиваю огонь. Пусть догорает сам». Он убил десять человек, а за всю жизнь, может, и больше, а огонь убивать не хотел. Кем же он был на самом деле?

    Однажды мистер Кроули сказал мне: «Я никогда не убиваю огонь. Пусть догорает сам». Он убил десять человек, а за всю жизнь, может, и больше, а огонь убивать не хотел. Кем же он был на самом деле?

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
14. «

    Я был Джон Бесстрашный, убийца демонов, я спас королевство, но не пожал лавры. Я отважно бросился навстречу опасности в пещеру, но не вынес оттуда сокровищ. Я вызволил пять принцесс и остался один.

    Я был Джон Бесстрашный, убийца демонов, я спас королевство, но не пожал лавры. Я отважно бросился навстречу опасности в пещеру, но не вынес оттуда сокровищ. Я вызволил пять принцесс и остался один.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
15. «

    — Ты и в самом деле хочешь оставить меня здесь одного? — Найдешь себе какое-нибудь конструктивное занятие. — Мы идем собирать тело. Что может быть конструктивнее?

    — Ты и в самом деле хочешь оставить меня здесь одного? — Найдешь себе какое-нибудь конструктивное занятие. — Мы идем собирать тело. Что может быть конструктивнее?

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
16. «

    У меня возникло головокружительное ощущение, будто я — не я, а кто-то другой, словно я вышел из шкуры Джона Кливера. Я стал Борисом, а у Бориса не было тех проблем, от которых страдал Джон.

    У меня возникло головокружительное ощущение, будто я — не я, а кто-то другой, словно я вышел из шкуры Джона Кливера. Я стал Борисом, а у Бориса не было тех проблем, от которых страдал Джон.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
17. «

    — Страх — это… такая странная штука, если подумать. Люди боятся только чего-то иного, они никогда не боятся себя. — А стоит бояться себя? — Страх связан с вещами, которые ты не можешь контролировать, — сказал я. — Будущее, темнота или кто-то, кто собирается тебя убить. Себя ты не боишься, потому что всегда знаешь, как собираешься поступить. <...> Я посмотрел в окно и увидел женщину на тротуаре, в полурассыпавшемся сугробе. Она ждала, когда прервется движение, чтобы перейти улицу. — Это похоже вот на ту женщину, — сказал я, показывая на нее. — Она может бояться того, что ее собьет машина, или что она поскользнется на снегу, или что на другой стороне улицы негде будет встать, но она не боится пересекать улицу; перейти на другую сторону — это ее собственное решение, она уже приняла его, знает, как осуществить, и не предвидит в связи с этим никаких проблем. Она дождется, когда все машины пройдут, осторожно встанет на лед и сделает все, что в ее силах, чтобы обеспечить свою безопасность. Ее пугает то, что она не в состоянии контролировать. То, что с ней может случиться, а не то, что она делает. Она не лежит по утрам в постели и не говорит себе: «Надеюсь, сегодня я не пойду на улицу, потому что я боюсь, как бы мне не пришло в голову пересечь ее». Ну, вот она и пошла. Женщина увидела разрыв в потоке машин и поспешила на другую сторону. Ничего не случилось.

    — Страх — это… такая странная штука, если подумать. Люди боятся только чего-то иного, они никогда не боятся себя. — А стоит бояться себя? — Страх связан с вещами, которые ты не можешь контролировать, — сказал я. — Будущее, темнота или кто-то, кто собирается тебя убить. Себя ты не боишься, потому что всегда знаешь, как собираешься поступить. <...> Я посмотрел в окно и увидел женщину на тротуаре, в полурассыпавшемся сугробе. Она ждала, когда прервется движение, чтобы перейти улицу. — Это похоже вот на ту женщину, — сказал я, показывая на нее. — Она может бояться того, что ее собьет машина, или что она поскользнется на снегу, или что на другой стороне улицы негде будет встать, но она не боится пересекать улицу; перейти на другую сторону — это ее собственное решение, она уже приняла его, знает, как осуществить, и не предвидит в связи с этим никаких проблем. Она дождется, когда все машины пройдут, осторожно встанет на лед и сделает все, что в ее силах, чтобы обеспечить свою безопасность. Ее пугает то, что она не в состоянии контролировать. То, что с ней может случиться, а не то, что она делает. Она не лежит по утрам в постели и не говорит себе: «Надеюсь, сегодня я не пойду на улицу, потому что я боюсь, как бы мне не пришло в голову пересечь ее». Ну, вот она и пошла. Женщина увидела разрыв в потоке машин и поспешила на другую сторону. Ничего не случилось.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
18. «

    Я хотел убить одного демона, но сотворил другого.

    Я хотел убить одного демона, но сотворил другого.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
19. «

    Комната Брук находилась на втором этаже в заднем левом углу, а это означало, что в ней два окна: одно выходило на дом Петерманов и всегда было занавешено, а другое, выходившее на лес, она никогда не зашторивала. Мы жили на краю города, поэтому соседей с той стороны не было — наши дома стояли последними, и вообще там на многие мили не было ни одного человека. Брук думала, что ее никто не видит. А я думал, что она красавица.

    Комната Брук находилась на втором этаже в заднем левом углу, а это означало, что в ней два окна: одно выходило на дом Петерманов и всегда было занавешено, а другое, выходившее на лес, она никогда не зашторивала. Мы жили на краю города, поэтому соседей с той стороны не было — наши дома стояли последними, и вообще там на многие мили не было ни одного человека. Брук думала, что ее никто не видит. А я думал, что она красавица.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
20. «

    — Ты хороший парень, Джон. — Я хороший парень, потому что знаю, как должны себя вести хорошие люди, и подражаю им.

    — Ты хороший парень, Джон. — Я хороший парень, потому что знаю, как должны себя вести хорошие люди, и подражаю им.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга