10 цитат персонажа «Джошуа Раш (Joshua Rush)» для размышлений

10 цитат персонажа «Джошуа Раш (Joshua Rush)» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Даже убийцам снятся сны...

   Даже убийцам снятся сны...
2. «

   Когда что-то идёт не так — а подобное происходит постоянно, — ты просто подстраиваешься под обстоятельства. Это как настраивать резкость оптического прицела — ты ничего не чувствуешь, только крутишь диоптрийное кольцо, подбирая подходящий под твой глаз вариант.

   Когда что-то идёт не так — а подобное происходит постоянно, — ты просто подстраиваешься под обстоятельства. Это как настраивать резкость оптического прицела — ты ничего не чувствуешь, только крутишь диоптрийное кольцо, подбирая подходящий под твой глаз вариант.
3. «

   Я бы поспорил с теми, кто утверждает, что с плохими парнями расправляются хорошие. В реальном мире перевес вовсе не в их пользу. Плохие парни ликвидируют других плохих парней. И баста!

   Я бы поспорил с теми, кто утверждает, что с плохими парнями расправляются хорошие. В реальном мире перевес вовсе не в их пользу. Плохие парни ликвидируют других плохих парней. И баста!
4. «

   Начать всё сначала… Люди произносят это так, будто время подчиняется их воле. Будто прошлое — конструкция, которую можно разобрать и собрать заново, если достаточно сильно захотеть. Но реальность устроена иначе. В ней нет кнопки сброса. Есть только причинность. Каждое решение — это вмешательство в систему, после которого она уже не возвращается в исходное состояние. Меняются не только обстоятельства. Меняется сам человек, который сделал выбор. Его опыт, связи, долги, страхи, навыки — всё это становится частью новой конфигурации мира. Даже если он попытается повторить прежний маршрут, идти будет уже другой. Некоторые решения особенно опасны. Они создают цепные реакции. Вовлекают других людей, чужие интересы, чужую боль. Возникают обязательства, которые невозможно закрыть полностью, потому что последствия продолжают распространяться дальше, чем может контролировать тот, кто их запустил. Тогда прошлое перестаёт быть точкой позади. Оно становится средой, в которой ты живёшь. Поэтому идея «исправить» часто иллюзорна. Можно уменьшить ущерб. Можно изменить траекторию дальнейшего движения. Но нельзя вернуть исходные условия. Нельзя отменить факт, что событие произошло. Мир уже включил его в свою структуру. Жизнь в этом смысле напоминает дорогу с односторонним движением. Ты можешь тормозить, ускоряться, менять полосу, но направление остаётся прежним — вперёд, сквозь последствия собственных действий. Зеркало заднего вида существует только для понимания, а не для возвращения. И, возможно, единственная реальная свобода — не в том, чтобы начать заново, а в том, чтобы признать: обратного хода нет. Есть только следующий шаг.

   Начать всё сначала… Люди произносят это так, будто время подчиняется их воле. Будто прошлое — конструкция, которую можно разобрать и собрать заново, если достаточно сильно захотеть. Но реальность устроена иначе. В ней нет кнопки сброса. Есть только причинность. Каждое решение — это вмешательство в систему, после которого она уже не возвращается в исходное состояние. Меняются не только обстоятельства. Меняется сам человек, который сделал выбор. Его опыт, связи, долги, страхи, навыки — всё это становится частью новой конфигурации мира. Даже если он попытается повторить прежний маршрут, идти будет уже другой. Некоторые решения особенно опасны. Они создают цепные реакции. Вовлекают других людей, чужие интересы, чужую боль. Возникают обязательства, которые невозможно закрыть полностью, потому что последствия продолжают распространяться дальше, чем может контролировать тот, кто их запустил. Тогда прошлое перестаёт быть точкой позади. Оно становится средой, в которой ты живёшь. Поэтому идея «исправить» часто иллюзорна. Можно уменьшить ущерб. Можно изменить траекторию дальнейшего движения. Но нельзя вернуть исходные условия. Нельзя отменить факт, что событие произошло. Мир уже включил его в свою структуру. Жизнь в этом смысле напоминает дорогу с односторонним движением. Ты можешь тормозить, ускоряться, менять полосу, но направление остаётся прежним — вперёд, сквозь последствия собственных действий. Зеркало заднего вида существует только для понимания, а не для возвращения. И, возможно, единственная реальная свобода — не в том, чтобы начать заново, а в том, чтобы признать: обратного хода нет. Есть только следующий шаг.
5. «

   Не откладывай ничего на потом, иначе этот тяжеленный склад свалится тебе на голову и погребёт под сроками. Deadline не случайно называется «линия смерти».

   Не откладывай ничего на потом, иначе этот тяжеленный склад свалится тебе на голову и погребёт под сроками. Deadline не случайно называется «линия смерти».
6. «

   Желание становиться лучше, как мне кажется, это единственное стремление, а когда его нет — это уже почти диагноз.

   Желание становиться лучше, как мне кажется, это единственное стремление, а когда его нет — это уже почти диагноз.
7. «

   — Ты ведь гений. — Что за чушь несёшь? — Ты хоть раз задумывалась, почему до сих пор жива? — Стечение обстоятельств. Мне просто пока везёт. — Ерунда. Ты — гений, и как все исключительные люди умеешь принимать верные решения в неправильных обстоятельствах, при этому сама не всегда точно знаешь, что и как делаешь, потому что действуешь на уровне инстинкта.

   — Ты ведь гений. — Что за чушь несёшь? — Ты хоть раз задумывалась, почему до сих пор жива? — Стечение обстоятельств. Мне просто пока везёт. — Ерунда. Ты — гений, и как все исключительные люди умеешь принимать верные решения в неправильных обстоятельствах, при этому сама не всегда точно знаешь, что и как делаешь, потому что действуешь на уровне инстинкта.

   — Джошуа Раш (Joshua Rush)
8. «

   Когда заставляют понять, что тебе никогда не стать частью общества обычных граждан, это чувство остаётся навсегда, оно уже никогда не исчезнет. И когда понимаешь, что везде чужой, возникает желание причинять боль другим и делать всё, что только взбредёт в голову. Зачем совершать что-то хорошее при таком раскладе? А когда знаешь, что никому не нужен, что сам по себе — другие тоже становятся для тебя чужими, и ты легко вышибешь мозги любому человеку и особо не будешь переживать по поводу содеянного. Превращаешься в своеобразного игрока, как все те компьютерные одержимые, бегающие по этажам и расстреливающие всех, кто попадётся у них на пути. Они не знают, почему с таким остервенением стремятся пройти игру. Подобные вопросы их и не волнуют. Двигаться дальше, переходить с одного уровня на другой — вот их смысл в данную секунду. И ничего больше.

   Когда заставляют понять, что тебе никогда не стать частью общества обычных граждан, это чувство остаётся навсегда, оно уже никогда не исчезнет. И когда понимаешь, что везде чужой, возникает желание причинять боль другим и делать всё, что только взбредёт в голову. Зачем совершать что-то хорошее при таком раскладе? А когда знаешь, что никому не нужен, что сам по себе — другие тоже становятся для тебя чужими, и ты легко вышибешь мозги любому человеку и особо не будешь переживать по поводу содеянного. Превращаешься в своеобразного игрока, как все те компьютерные одержимые, бегающие по этажам и расстреливающие всех, кто попадётся у них на пути. Они не знают, почему с таким остервенением стремятся пройти игру. Подобные вопросы их и не волнуют. Двигаться дальше, переходить с одного уровня на другой — вот их смысл в данную секунду. И ничего больше.
9. «

   Я — убийца, но никогда не сидел в подворотнях, дожидаясь глупую девчонку, чтобы там, зажав ей рот, изнасиловать. Для многих нет разницы — маньяк, насильник или киллер. Но это неправильно. Одним приказывают голоса, другие тешат своё самолюбие, а для третьих — это просто работа. Многие экземпляры совмещают в себе множество этих черт, но не я.

   Я — убийца, но никогда не сидел в подворотнях, дожидаясь глупую девчонку, чтобы там, зажав ей рот, изнасиловать. Для многих нет разницы — маньяк, насильник или киллер. Но это неправильно. Одним приказывают голоса, другие тешат своё самолюбие, а для третьих — это просто работа. Многие экземпляры совмещают в себе множество этих черт, но не я.
10. «

    Невозможно спокойно заниматься делом, когда за спиной ходит вооружённый человек.

    Невозможно спокойно заниматься делом, когда за спиной ходит вооружённый человек.