13 цитат персонажа «Эдгар» — читаем и делимся

13 цитат персонажа «Эдгар» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Человек не властен в часе своего ухода и в сроке своего прихода в мир.

   Человек не властен в часе своего ухода и в сроке своего прихода в мир.

   — Уильям Шекспир · книга
2. «

   Какой тоской душа ни сражена, Быть стойким заставляют времена.

   Какой тоской душа ни сражена, Быть стойким заставляют времена.

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   Narcissus poeticus. Он глядел в воду и утонул в реке любви к себе…

   Narcissus poeticus. Он глядел в воду и утонул в реке любви к себе…
4. «

   И хуже может стать. Пока мы стонем: «Вытерпеть нет силы», Ещё на деле в силах мы терпеть.

   И хуже может стать. Пока мы стонем: «Вытерпеть нет силы», Ещё на деле в силах мы терпеть.

   — Уильям Шекспир · книга
5. «

   С исчезновением последней надежды жизнь превратится в выживание.

   С исчезновением последней надежды жизнь превратится в выживание.
6. «

   Когда молчим, мы неприятны, когда говорим — смешны.

   Когда молчим, мы неприятны, когда говорим — смешны.

   — Герта Мюллер · книга
7. «

   Первой со своего места поднялась Светлана. Подошла к Завулону. Постояла секунду, глядя ему в лицо. Эдгар вдруг понял, с замиранием сердца, что сейчас волшебница ударит мага. Но она лишь что-то сказала ему. Развернулась и резко вышла. <...> — Простите... а что сказала Светлана Завулону? — Инквизитору надо иметь хороший слух. — На лице вампира появилась кривая ухмылка. — Да почти ничего. Я бы назвал это проклятием, но Светлые и проклинать-то не умеют... Она сказала: «Пусть никто никогда не полюбит тебя». Эдгар кивнул. Пожал плечами и сказал: — А ему это и не нужно.

   Первой со своего места поднялась Светлана. Подошла к Завулону. Постояла секунду, глядя ему в лицо. Эдгар вдруг понял, с замиранием сердца, что сейчас волшебница ударит мага. Но она лишь что-то сказала ему. Развернулась и резко вышла. <...> — Простите... а что сказала Светлана Завулону? — Инквизитору надо иметь хороший слух. — На лице вампира появилась кривая ухмылка. — Да почти ничего. Я бы назвал это проклятием, но Светлые и проклинать-то не умеют... Она сказала: «Пусть никто никогда не полюбит тебя». Эдгар кивнул. Пожал плечами и сказал: — А ему это и не нужно.

   — Сергей Лукьяненко · книга
8. «

   Отверженным быть легче, чем блистать И быть предметом скрытого презренья. Для тех, кто пал на низшую ступень, Открыт подъем и некуда уж падать. Опасности таятся на верхах, А у подножья место есть надежде. О ветер, дуй! Ты стер меня во прах, Мне больше нечего тебя бояться!

   Отверженным быть легче, чем блистать И быть предметом скрытого презренья. Для тех, кто пал на низшую ступень, Открыт подъем и некуда уж падать. Опасности таятся на верхах, А у подножья место есть надежде. О ветер, дуй! Ты стер меня во прах, Мне больше нечего тебя бояться!

   — Уильям Шекспир · книга
9. «

   Разве чёрная пешка ненавидит белую? Нет. Тем более если пешки упёрлись друг другу в лоб и мирно пьют пиво.

   Разве чёрная пешка ненавидит белую? Нет. Тем более если пешки упёрлись друг другу в лоб и мирно пьют пиво.

   — Сергей Лукьяненко · книга
10. «

    — Пожалуйста, положи винтовку на землю. — Ну ты размечтался! Получишь её только через мой труп! — Предложение приемлемо.

    — Пожалуйста, положи винтовку на землю. — Ну ты размечтался! Получишь её только через мой труп! — Предложение приемлемо.

    — Жук · фильм
11. «

    Месть — штука хорошая, но только если у тебя не осталось ничего, кроме мести...

    Месть — штука хорошая, но только если у тебя не осталось ничего, кроме мести...

    — Сергей Лукьяненко · книга
12. «

    Я надумал Принять такой несчастный, жалкий вид, В какой людей приводит нищета, Презрительно уподобляя их Скотам: лицо испачкаю я грязью, Взъерошу волосы.

    Я надумал Принять такой несчастный, жалкий вид, В какой людей приводит нищета, Презрительно уподобляя их Скотам: лицо испачкаю я грязью, Взъерошу волосы.

    — Уильям Шекспир · книга
13. «

    — Святое? — усмехнулся Эдгар. — А зачем им святое? Они солдаты. — Знаешь, Иной, мне кажется, даже солдаты должны оставаться в первую очередь людьми. А у людей обязано быть что-то святое в душе. — Для начала необходимо, чтобы имелась душа. А потом уж святое.

    — Святое? — усмехнулся Эдгар. — А зачем им святое? Они солдаты. — Знаешь, Иной, мне кажется, даже солдаты должны оставаться в первую очередь людьми. А у людей обязано быть что-то святое в душе. — Для начала необходимо, чтобы имелась душа. А потом уж святое.

    — Сергей Лукьяненко · книга