«Эрнст Гребер» в 13 цитат

Собрали 13 цитат персонажа «Эрнст Гребер» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Мне кажется, для нашего возраста у нас слишком большой опыт отчаяния. Давай забудем о нем. — И слишком большой опыт забвения.

   — Мне кажется, для нашего возраста у нас слишком большой опыт отчаяния. Давай забудем о нем. — И слишком большой опыт забвения.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   Он знал много видов страха: страх мучительный и темный; страх, от которого останавливается дыхание и цепенеет тело, и последний, великий страх — страх живого существа перед смертью; но этот был иной — ползучий, хватающий за горло, неопределенный и угрожающий, липкий страх, который словно пачкает тебя и разлагает, неуловимый и непреодолимый, — страх бессилия и тлетворных сомнений: это был развращающий страх за другого, за невинного заложника, за жертву беззакония, страх перед произволом, перед властью и автоматической бесчеловечностью, черный страх нашего времени.

   Он знал много видов страха: страх мучительный и темный; страх, от которого останавливается дыхание и цепенеет тело, и последний, великий страх — страх живого существа перед смертью; но этот был иной — ползучий, хватающий за горло, неопределенный и угрожающий, липкий страх, который словно пачкает тебя и разлагает, неуловимый и непреодолимый, — страх бессилия и тлетворных сомнений: это был развращающий страх за другого, за невинного заложника, за жертву беззакония, страх перед произволом, перед властью и автоматической бесчеловечностью, черный страх нашего времени.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Вам, должно быть, нелегко живётся, если вы всё ещё верите в справедливость.

   Вам, должно быть, нелегко живётся, если вы всё ещё верите в справедливость.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Расставаясь, никогда не знаешь, увидишься ли снова.

   Расставаясь, никогда не знаешь, увидишься ли снова.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   — Вот ваша книга о Швейцарии. Ее немножко подмочило дождем. Чуть было не потерял, а потом нашел и спас. — Могли и не спасать. Мечты спасать не нужно. — Нет, нужно. А что же еще? — Веру. Мечты придут опять.

   — Вот ваша книга о Швейцарии. Ее немножко подмочило дождем. Чуть было не потерял, а потом нашел и спас. — Могли и не спасать. Мечты спасать не нужно. — Нет, нужно. А что же еще? — Веру. Мечты придут опять.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   «Мне хотелось иметь что-то, что могло бы меня поддержать, — подумал он. — Но я не знал другого: имея это, становишься уязвимым вдвойне».

   «Мне хотелось иметь что-то, что могло бы меня поддержать, — подумал он. — Но я не знал другого: имея это, становишься уязвимым вдвойне».

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Легко осуждать и быть храбрым, когда у тебя ничего нет, — подумал он. — Но когда у тебя есть что-то дорогое, весь мир меняется. Все становится и легче, и труднее, а иногда и совсем непереносимым.

   Легко осуждать и быть храбрым, когда у тебя ничего нет, — подумал он. — Но когда у тебя есть что-то дорогое, весь мир меняется. Все становится и легче, и труднее, а иногда и совсем непереносимым.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Ещё не время, — подумал Гребер, — Надежда вернётся позже, когда исчезнет боль.

   Ещё не время, — подумал Гребер, — Надежда вернётся позже, когда исчезнет боль.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   — А я-то в первый вечер вообразил, что ты беспомощна и беззащитна. — Я такая и есть. — Мы все такие. И все же обходимся без помощи и без зашиты.

   — А я-то в первый вечер вообразил, что ты беспомощна и беззащитна. — Я такая и есть. — Мы все такие. И все же обходимся без помощи и без зашиты.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Хорошо, когда есть сигареты. Иногда это даже лучше, чем друзья. Сигареты не сбивают с толку. Они молчаливые друзья.

    Хорошо, когда есть сигареты. Иногда это даже лучше, чем друзья. Сигареты не сбивают с толку. Они молчаливые друзья.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    — А-а, отпускник! — сказал Иммерман. — И какой черт принес тебя обратно? Почему не дезертировал? — Куда? — спросил Гребер. Иммерман почесал затылок. — В Швейцарию, — заявил он наконец. — Об этом-то я и не подумал, умник ты этакий. А ведь в Швейцарию ежедневно отбывают специальные вагоны-люкс для дезертиров. У них на крышах намалеваны красные кресты, и их не бомбят. Вдоль всей границы расставлены арки с надписью: «Добро пожаловать». Больше ты ничего не мог придумать, дуралей? И с каких это пор ты набрался храбрости и говоришь такие вещи?

    — А-а, отпускник! — сказал Иммерман. — И какой черт принес тебя обратно? Почему не дезертировал? — Куда? — спросил Гребер. Иммерман почесал затылок. — В Швейцарию, — заявил он наконец. — Об этом-то я и не подумал, умник ты этакий. А ведь в Швейцарию ежедневно отбывают специальные вагоны-люкс для дезертиров. У них на крышах намалеваны красные кресты, и их не бомбят. Вдоль всей границы расставлены арки с надписью: «Добро пожаловать». Больше ты ничего не мог придумать, дуралей? И с каких это пор ты набрался храбрости и говоришь такие вещи?

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Если не предъявлять к жизни особых претензий, то всё, что ни получаешь, будет прекрасным даром.

    Если не предъявлять к жизни особых претензий, то всё, что ни получаешь, будет прекрасным даром.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Они нас учат. Все время учат. Днем — та липа, сейчас — вот это дерево. Они продолжают расти и дают листья и цветы, и даже когда они растерзаны, какая-то их часть продолжает жить, если хоть один корень еще держится за землю. Они непрестанно учат нас и они не горюют, не жалеют самих себя.

    Они нас учат. Все время учат. Днем — та липа, сейчас — вот это дерево. Они продолжают расти и дают листья и цветы, и даже когда они растерзаны, какая-то их часть продолжает жить, если хоть один корень еще держится за землю. Они непрестанно учат нас и они не горюют, не жалеют самих себя.

    — Эрих Мария Ремарк · книга